Избранные произведения. Том III

Тогда Саркисьянц постучал в нее условным стуком — именно так стучала в дверь Метелкина Русико до того, как Метелкин увлекся профессоршей и покинул на время свою прежнюю возлюбленную.

Метелкин вскочил почти сразу — застучал босыми пятками к двери, приоткрыл ее и, не выглядывая, прошептал:

— Заходи, заходи, я уж тебя заждался.

Что было ложью, потому как Метелкин только что спал без задних ног.

Сурен скользнул в дверь, закрыл ее за собой, и Метелкин по запаху понял, что его провели.

— Кто? — спросил он строго. — Кто посмел! — отступая при этом назад, где на спинке стула висела портупея с кобурой."

"— Это я, Саркисьянц, у меня срочное дело. — Негоциант заговорил быстро, но по возможности внятно: — Прости, что разбудил.

— Что? — Метелкин уже не сердился — он был быстрым на мысли и слова человеком. — Что-нибудь с Аспасией?

— Нет, с «Измаилом», можно я сяду?

— Только свет я зажигать не буду, — сказал Метелкин, — не хочу, чтобы завтра весь гарнизон знал.

— И правильно делаешь, — сказал Сурен. — Ко мне только что приходил Халиб. Знаешь Халиба?

— Это тот, которого Гюндюз посылал на мокрые дела? — спросил Метелкин.

— Он продал мне новость.

— За сколько?

— За тысячу лир.

— Уменьши цифру в сто раз — поверю. — Заскрипели пружины — ветеринар уселся на кровати. — А ты садись, садись.

— Спасибо. Я в самом деле заплатил эти деньги. Вот расписка.

Негоциант издали показал Метелкину белую бумажку. Хоть лунный свет и проникал в окно, понять, что на бумаге написано, не было возможности.

— Ты не такой идиот, чтобы прибежать сюда в три часа ночи, — сказал Метелкин. Он взял графин с водой и налил себе в стакан. — Что случилось? Почему ты побежал ко мне, а не к Аспасии?

— Потому что Аспасия не вернет мне денег, которые я заплатил.

— Говори.

— В транспорт «Измаил» заложена мина.

Метелкин неудачно двинул графин, и тот рухнул со столика, грохнулся об пол — вдребезги!

— Ах, черт! — Метелкин выпрямился. — Кто положил? — спросил он. — Немцы?

— Это знает только Рефик. Рефик говорил с незнакомым Халибу человеком. Рефик сказал, что он все исполнил и отомстит за смерть Гюндюза.

— Что еще известно? Ну говори, говори — уж скоро утро! Какая бомба?

— В каком смысле?

— Если ты пронесешь на транспорт гранату, ничего не случится — ты только убьешь человека; должна быть большая бомба, большой заряд, который может сделать отверстие в борту, такое, чтобы транспорт пошел ко дну. Нужен целый ящик динамита.

— Там есть целый ящик динамита.

— Не может быть! Враки! Груз транспорта досматривался. Ящик со взрывчаткой никто бы не пропустил.

— Пропустили.

— Почему ты так уверенно говоришь?

— Потому что был груз, который не досматривали. Груз московской археологической экспедиции.