Misterium Tremendum. Тайна, приводящая в трепет

Герда сидела, тихо сопела и не отрываясь смотрела на его сгорбленную спину. Прошло минут десять. Герда кашлянула и сказала:

– Я знаю, что я умница. А вы, Микки, злой, невоспитанный, отвратительный старик.

– Мгм, – промычал Данилов и перевернул страницу в каком-то толстом справочнике.

Герда поднялась, подошла к двери.

– Я знаю, что заслуживаю любви. Но в этом доме я встречаю только равнодушие, пренебрежение и черную неблагодарность.

– Гердочка, милая, хорошая, простите! – Данилов встал, заспешил к ней, чуть не упал, споткнувшись о собственный тапочек.

Герда шагнула навстречу, подхватила его под локоть, проворчала:

– А, испугался, запрыгал, старый гусь.

– То, что вы рассказали, так важно, так серьезно, что мне надо было срочно проверить, понимаете? Нет, это, конечно, не может быть та яхта образца сорок четвертого года. Дерево гниет, даже самое крепкое, просмоленное. Металл ржавеет. Но та яхта поможет нам найти эту, на которой Софи. Нет, я пока ни в чем не уверен. Мне нужно время, я должен разобраться.

– Но хотя бы объясните, что значит глаз на носу и кто такая Гаруда."

"– Символы, Гердочка. Глаз – древнейший, многозначный символ, всевидящее око, изображение его в виде рисунка или амулета – талисман, знак тайных знаний, мудрости и силы. Гаруда – птичка такая, у нее человеческая голова и орлиные крылья. Трехглазая Гаруда сонорхов, – он сморщился и махнул рукой, – ладно, это все слишком сложно, я не готов.

– Так бы сразу и сказали, – Герда вздохнула. – Господин Зубов когда обещал вернуться?

– Не позже десяти. Он надеется успеть на экспресс в шесть тридцать.

* * *Гамбург, 2007

Тяжеленная оцинкованная дверь открылась бесшумно. Свет вспыхнул и в первое мгновение ослепил Ивана Анатольевича.

– Умоляю, умоляю, простите меня, господин Зубов. Как вы себя чувствуете?

– Который час? – спросил он, стуча зубами.

– Да, да, это ужасно, я понимаю. Уже половина шестого. Но вы знаете, как только я дошла до своего кабинета, мне позвонили из школы. Мой сын упал с брусьев на уроке физкультуры. Трещина в позвоночнике, голова разбита. Простите, я помчалась туда, забыв обо всем на свете. Пока мы доехали до больницы, пока моему мальчику сделали рентген.

Привыкнув к свету, Зубов заметил, что лицо доктора Раушнинг слегка распухло, глаза красные от слез. Она была в халате, но без бахил и без шапочки. Пышные рыжие кудри торчали во все стороны. По щекам размазалась тушь.

– Вы очень замерзли, господин Зубов?

– Нет, что вы, здесь жарко, как в сауне. Я понимаю, у вас случилось несчастье, вы обо всем позабыли. Но зачем надо было запирать дверь снаружи?

– Я не запирала, клянусь! Замок сработал автоматически.

– Допустим. А почему погас свет?

– Да, это ужасно.