Притворная дама его величества

— Месяцев семь, — Жозефина прикрыла глаза. — Очень больно.

— Знаю, знаю, — покивала я, всматриваясь в слишком, на мой взгляд, худенькую для такого срока фигурку. Корсет! Черт, она затянута в корсет! Значит, она все же рожает, это не внематочная беременность и не выкидыш! — Так, постой, я сейчас постараюсь тебя выпутать из этого дерьма…

Жозефина не сразу поняла, что я от нее хочу: повернуться хотя бы на бок, чтобы я могла расшнуровать корсет. Когда я уже начала распутывать шнуры, кто-то вошел, и я гаркнула:

— Иди сюда ко мне! Быстро!

Я даже не посмотрела, на кого я так рявкнула. Оказалось, весьма солидная дама, ну ничего, переживет.

— Так, помогай мне расшнуровать это все. Давай, что стоишь?

— Да ты знаешь, кто я?

Ой, подумала я, и если бы руки не были заняты, хлопнула бы себя с размаху по лбу. Она считает, что я эту фразу ни разу в жизни не слышала?

— Да мне плевать, — поведала я. — Помоги мне, или я макну тебя расфуфыренной башкой прямо в лунку.

Что будет, когда я выйду за пределы сортира, я в этот момент старалась не думать. Может, это сама королева, а я пригрозила ей вывалять причесон в дерьме. Но я испугалась — это действительно страшно, когда перед тобой лежит человек, женщина, и ей очень плохо, и что самое ужасное — это «плохо» может оказаться фатальным даже в лучшей клинике современного мира… То, чего я боялась, а эта дурочка, видимо, нет. Куда ей, впрочем, было деваться?

Кое-как мы вместе с остолбеневшей от моей наглости дамой сняли с Жозефины корсет. Боже мой! Да, живот у нее и в самом деле был немаленький. Какого черта она скрывала беременность? Зачем прячется в туалете?

— У тебя воды давно отошли? — задала я глупый вопрос. Платье казалось сухим.

Жозефина кивнула.

— Я… давно… давно должна была… помоги, пожалуйста. Больно. Мне очень больно.

Ей было уже все безразлично. А я вспоминала все, чему меня научили три медицинских процедурала. Раскрытие на сколько-то там пальцев. Слабая родовая деятельность или ее отсутствие. Отслоение плаценты, предлежание, гипоксия… Столько умных слов, что мне со всем этим делать, но мне-то ладно, знает ли врач, что это такое?

Если никто не придет, все будет плохо. Очень и очень плохо. Но то, что она уже рожала, упрощает задачу.

— Так… скажи мне, все идет так как раньше? Схватки, потуги?

А врача, когда он явится, я после того, как он все сделает, тоже куда-нибудь макну головой.

— Нет… нет. Очень больно.

Да, с ней каши не сваришь, разочарованно подумала я. Потом посмотрела на расфуфыренную даму."

"— Вы что-нибудь понимаете? — спросила я, имея в виду процесс. — Что с ней может быть не так?

— Да что с ней может быть не так? — удивилась дама. — Понятно же, раз тут рожает, да еще в корсет затянута, то нагуляла.

И она, повернувшись, видимо, даже забыв, зачем приходила, направилась к выходу.

— Куда!..