Принцесса на одну ночь

Отец строго взглянул на нее, и она прикусила язык.

— Я ехала в мужском платье, — вопросы приличий сейчас волновали Элоизу меньше всего. — Меня сопровождал младший поваренок Этьен. Мы ехали верхом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌ — Ты всё правильно сделала, Лиз! — подбодрил ее отец. — А сейчас тебе надо отдохнуть. Не волнуйся, мы добьемся отмены приговора. Дело может быть пересмотрено в суде более высокой инстанции. Конечно, совсем избежать наказания Антуану вряд ли удастся — он поступил слишком легкомысленно и невольно нанес оскорбление членам королевской семьи. Думаю, всё закончится ссылкой.

Ссылка, которая прежде казалась чем-то ужасным, сейчас воспринималась почти как благо. Но Элоиза всё еще не могла прийти в себя.

— А если приговор будет приведен в исполнение раньше, чем мы добьемся пересмотра дела?

От этой мысли меня бросило в дрожь. Но отец ответил:

— Приговоры по столь серьезным делам утверждает лично главный королевский судья. К нему я и отправлюсь прямо сейчас. Надеюсь, он простит, что я побеспокою его в столь позднее время.

Он выехал из дома уже через несколько минут. Мы с Элоизой стояли у окна и смотрели вслед отъезжающей карете до тех пор, пока она не скрылась из вида."

"Глава двадцать пятая, в которой снова говорится о законах

Конечно, мы с Элоизой так и не легли спать. Ждали возвращения отца, прислушиваясь к каждому звуку, доносившемуся с улицы, и бросались к окну, стоило только заслышать стук колес на брусчатой дороге.

Наконец, уставшая после долгого пути Лиз заснула прямо в кресле. Зато в гостиную пришла Ана. Сестра тоже была взволнована — правда, по причинам совсем иного толка.

— Ах, Марго, всё это так некстати!

— Что некстати? — сухо осведомилась я.

— Вся эта история с Антуаном! — пояснила она. — Только сегодня мы обсуждали мой возможный брак, а тут вдруг это… Как его величество отнесется к тому, что в семье невесты его сына оказался преступник, призывающий к свержению Ангулемов? Хотя, если разобраться, ко мне Антуан не имеет никакого отношения. Он — твой кузен. Но будет ли это принято во внимание?

— Не говори ерунды! — рявкнула я. — Ты прекрасно понимаешь, что Антуан вовсе не призывал к свержению короля. Кому, как не тебе, знать, почему он написал эти строки!

— Но это ничуть не лучше! — Ана притопнула ногой. — Принц может подумать, что меня с Антуаном что-то связывает. А у меня даже нет возможности всё ему объяснить!

У нее в глазах стояли слёзы. И это не были слёзы жалости к Антуану.

Мне захотелось ударить ее — чтобы привести в чувство, чтобы заставить подумать о ком-то, кроме себя. Но я сдержалась. Именно сейчас я не хотела ссориться с сестрой.