Он придет

Я подумал про Илену Гутиэрес и Мортона Хэндлера. До приемного покоя они так и не добрались. Связанные с этим мысли сразу стали цепляться друг за друга, как вагоны поезда. Я позволил себе немного на нем прокатиться, а потом резко затормозил и загнал всю эту вереницу мыслей в темное депо где-то в самой глубине своего подсознания.

Затем оглядел Ракель. Она чопорно сидела на мягкой коже пассажирского кресла, отказываясь отдаться комфорту. Ее тело было неподвижным, но руки нервно теребили край юбки.

– Не проголодались? – спросил я. Когда в чем-то сомневаешься, придерживайся основ.

– Нет. Если хотите, можете остановиться и сами что-нибудь съесть.

– Я все еще чувствую вкус чоризо.

– Тогда просто отвезите меня домой.

Когда я подъехал к ее квартире, уже окончательно стемнело, и улицы были пусты.

– Спасибо, что поехали со мной.

– Надеюсь, это помогло.

– Без вас это была бы полная катастрофа.

– Спасибо. – Ракель улыбнулась и наклонилась ко мне."

"Все начиналось, как поцелуй в щеку, но, видно, один из нас или мы оба двинулись, и это превратилось в поцелуй в губы. Потом неуверенное соприкосновение губ, подпитываемое теплом и желанием, быстро созрело до конвульсивного, как укус, алчного взрослого захвата. Мы одновременно двинулись друг к другу – ее руки покоятся у меня на шее, мои руки у нее в волосах, на лице, на пояснице. Наши рты открылись, и языки закрутились в медленном вальсе. Мы тяжело дышали, извиваясь и стараясь теснее прильнуть друг к другу.

Мы терлись друг о друга шеями, словно два подростка, несколько бесконечных минут. Я расстегнул пуговку ее блузки. Она издала горловой звук, захватила мою нижнюю губу зубами, лизнула мне ухо. Моя рука скользила вокруг горячего шелка ее спины, действуя уже по собственному разумению – расстегивая застежку лифчика, захватывая в горсть грудь. Сосок, твердый, как камешек, и влажный, угнездился у меня в ладони. Она опустила руку, тонкие пальцы потянули за молнию на брюках.

Это я был тем, кто это остановил.

– В чем дело?

В такой ситуации нельзя сказать ничего, что не прозвучало бы как банальность или полное идиотство – или как то и другое одновременно. Я выбрал вариант «одновременно».

– Прошу прощения. Не принимайте это на личный счет.

Ракель резко выпрямилась на сиденье и принялась торопливо приводить в порядок пуговицы, застежки и волосы.

– А как еще это можно принимать?

– Вы очень привлекательны и желанны.

– Очень!

– Меня тянет к вам, черт побери! Я очень хочу заняться с вами любовью.

– Что же тогда?

– Обязательства.

– Вы ведь не женаты? Вы не ведете себя как женатый.

– Есть и другие обязательства помимо брака.

– Понятно. – Она подобрала сумочку и положила руку на ручку двери.