Он придет

Человек-энергия все знает и умеет, не способен сидеть без дела, работает сразу на двух работах – даже на трех, когда того требует ситуация, – всеми силами компенсирует недостаток стараний «болота», заслуживает восхищение семьи, отказывается гнуться под весом своей ноши, а эмоции держит в узде, хотя и не всегда.

Интересно, подумалось мне, какую роль играла Илена, пока была жива. Была ли она миротворцем, неким посредником? Угодить в перекрестный огонь между человеком-болотом и человеком-энергией может быть рискованно для здоровья.

Я как можно аккуратней запаковал ее пожитки обратно.

Когда мы вышли на крыльцо, Рафаэль по-прежнему пребывал в ступоре. Звук заводящегося «Севиля» заставил его очнуться и вздернуть голову – он быстро заморгал, словно просыпаясь от плохого сна, с усилием встал и утер нос рукавом. С недоумением посмотрел в нашу сторону. Ракель отвернулась от него, как туристка при виде нищего с проказой. Отъезжая, я заметил проблеск узнавания, осветивший его одурманенное лицо, – а затем еще большее замешательство.

Надвигающаяся темнота немного притушила лихорадочную деятельность на бульваре Сансет, но улицы были по-прежнему полны жизни. Гудели автомобильные гудки, над маревом выхлопных газов звучал беспорядочный смех, из открытых дверей баров гремела музыка уличных музыкантов-марьячи. Одна за другой зажигались неоновые вывески, и огоньки подмигивали на предгорьях.

– Я сам все испортил, – сказал я.

– Нет, вы ни в чем не виноваты. – В том настроении, в каком пребывала Ракель, ободряющие слова явно требовали от нее усилий. Я был благодарен ей за эти усилия, что напрямую и высказал.

– Я серьезно, Алекс. Вы повели себя с Круз очень чутко – теперь я понимаю, почему вы были успешным психологом. Вы ей понравились.

– Это явно не распространяется на всю семью.

Несколько кварталов она сохраняла молчание.

– Вообще-то Энди славный парень – он никогда не входил ни в какие банды, и из-за этого ему частенько приходилось несладко. От него слишком многого ждут. Теперь всё на его плечах.

– Для начала на плечах должна быть голова. Зачем делать все, чтобы ее оттуда снесли?

– Вы правы. Он сам создает себе еще больше проблем – но разве мы все не поступаем так же? Ему всего восемнадцать. Может, он еще повзрослеет.

– Я вот все гадаю, можно ли было как-то получше управиться со всем этим…

Я рассказал ей подробности своей стычки с парнишкой.

– То, что вы назвали его свиньей, ситуации ничем не помогло, но ничем ее и не изменило. Он уже явился готовый к драке. Когда латиноамериканский мужчина настроил себя подобным образом, уже мало что можно сделать. Добавьте к этому алкоголь, и поймете, почему каждый субботний вечер мы забиваем приемные покои больниц жертвами поножовщины.