Предатель Ты врал мне годами (СИ)

Он прав, но разве я могу промолчать?

— Придется твоим родителям учиться жить честным трудом, — Богдан улыбается, — не переломятся, а если начнут воду мутить и истерики закатывать, то придется взять ремень пожестче. И я ведь твоему отцу сказал, — в глазах Богдана вспыхивает сталь, — не звонить тебе и не жаловаться, но он тоже, как и ты, решил, что я мальчик-соплежуй.

— Технически, не он звонил, а моя мама...

Что Богдан подразумевает под честным трудом для моих родителей? Глухую деревню с курочками и туалетом на улице? Мама к такому точно не готова. Она городская женщина, которая любит отдыхать в СПА через день.

— Так ты считаешь, что мне стоит на эту шалость прикрыть глаза? — Богдан расстегивает ремень, вглядываясь в мои глаза. Клацает пряжка. — Ты все же просишь, чтобы я не был с ними очень строг?

Атмосфера с раздражения и желания выплеснуть агрессию резко меняется на напряженную и неловкую с подтекстом горизонтальных утех.

Я теряюсь от такого резкого скачка Богдана в настроении, и даже не могу сразу возмутиться его бесстыдством и мерзкими намеками.

— Ты обалдел? — растерянно шепчу я, а затем пытаюсь его оттолкнуть его от себя.

— Да ты совсем обнаглел!

Только вот у меня не выходит его оттолкнуть. Он даже не дергается, когда мои ладони касаются его мощных грудных мышц.

Я толкаю его еще раз, но меня не ждет успех.

Богдан перехватывает мои запястья, и мне кажется, что он сейчас меня поцелует, но я ошибаюсь.

Он мягко сжимает мои запястья, вглядываясь в глаза, и говорит:

— Я не совсем понимаю, о чем ты ведешь речь, Люба, но я понял, что за отца заступаться ты не будешь. Меня это устраивает

Я под его взглядом каменею. Я ошиблась в своих догадках о намеках, что я должна хорошо его попросить о том, чтобы он смилостивился к моему папе? Он ни на что не намекал?

— Пусти...

И он отпускает меня. Я отступаю. Чтобы скрыть свою неловкость, я заявляю:

— Ты Кристину предупредил о встрече? М? Науськал, что надо мне сказать?

— Ты так и не оставила эту идею, — разочарованно вздыхает Богдан и шагает к двери ванной комнаты, расстегивая ширинку.

— Нет, не оставила, — упрямо говорю я. — Я не боюсь твоей Кристины. Я была вчера очень серьезна.

Боже, что я творю? Жаль, нельзя отстегнуть на время свой язык и спрятать под замок.

— Как скажешь, дорогая, — скрывается за дверью, — ты только дай мне спокойно принять душ и чуток освежить мозги. Мне надо настроится на эту встречу, а тебе надо позавтракать и выпить пару таблеточек перед встречей.

Глава 34. Разберитесь друг с другом

— Мама и папа вчера вечером странные были, дед, — говорит Аркаша. — Да и сегодня не лучше.

Я должна уйти и не подслушивать.

Я вторгаюсь в личное пространство сына, который на веранде ведет тихий разговор с дедушкой по телефону.