Дядя самых честных правил 10

— Константин Платонович, а мы прямо внутрь пирамиды полезем?

— Угу. Надо же убедиться, что Хотепка упокоился на своём месте.

— Не нравится мне она, — Киж покосился на пирамиду, — вот прям чувствую, что всё это добром не кончится.

— Ты же, помнится, всё рвался их посмотреть.

— Да ну, Константин Платонович, камни и камни, песок этот дурацкий. Надоело уже, куда ни глянь, всё одно и тоже.

— Выше нос, Дмитрий Иванович! Зайдём, выйдем — и сразу отправимся домой. Кстати, а вот и хранители пожаловали.

К нам приближались пять фигур, замотанные с ног до головы в чёрные одежды. Двое были обычными людьми, из плоти и крови. А оставшиеся трое — заложные покойники, возрастом никак не меньше трёх тысяч лет.

Глава 19

Скарабей

— Дмитрий Иванович, пора выпускать нашего Хотепку.

Киж кивнул, отпер замок и распахнул крышку. Прежде чем мумия успела подняться, из ящика выскочил Мурзилка и потянулся всем телом.

— А ты здесь откуда?

Я точно помнил, что, когда мы последний раз закрывали Хотепку, кота в ящике не было.

— Мяу!"

"Мурзилка зыркнул на меня, уселся на песок и принялся вылизываться. Вот шельмец пушистый! Доехал с комфортом «верхом» на мумии и делает вид, что так и надо. Но ругать его точно никто не будет — кот всегда оказывается в нужном месте, и я ни разу не пожалел, что взял его с собой.

Хотепка вылез из ящика, демонстративно стряхнул с себя песок и уставился на приближающихся хранителей.

Три мертвеца, замотанные в чёрные тряпки так, что видны оставались только тёмные глаза, были одинаковы, как близнецы. Но у одного на груди висел золотой крест анх, «ключ жизни» — видимо, он и был старший в этой компании. А вот живые отличались и по росту, и по комплекции: один был высокий и худой, а второй казался чуть ли не колобком, низеньким и круглым. Издали создавалось впечатление, что глаза у высокого едва-едва светятся красным, но с близкого расстояния ничего демонического я не увидел.

В груди заворочался Анубис и бесцеремонно, не спрашивая разрешения, полез смотреть на гостей моими глазами. Одновременно Талант сделал что-то и со слухом: вместо скрежета, которым общались мертвецы, я начал слышать нормальную речь и вдобавок отлично понимал, о чём они говорят.

— Приветствую Служителей места истины, — обратился Хотепка к мёртвым хранителям. На живых он бросил быстрый взгляд и едва заметно кивнул высокому.

— Мы рады видеть вернувшегося на землю Та-Кемет джати Хемиуна, — ответил ему старший мертвец. — Почему ты вызвал нас сюда, а не к месту своего упокоения? Если ты забыл, где оно, мы готовы отвести тебя в гробницу и произвести все необходимые ритуалы.

Ага, так он вовсе не Хотепка, а Хемиун! Да ещё и какой-то джати.