Последнее лето ярла Ульфа

– Сел! Как тебя зовут? – И через мгновение еще один тычок: – Долго думаешь!

Сломался, пробормотал, втягивая голову в плечи:

Нет, не сидеть такому на руме. Слизняк. Но он был варягом. Отроком и посвященным. Был. Место в строю освободилось.

– Повезло тебе, Бишка, – сообщила Заря негораздку. – Ты – раб, но не какой-нибудь свинопас, а личный трэль дочери князя и жены ярла. И если будешь расторопен, то когда-нибудь я подарю тебе свободу. Или смерть, если решу, что ты бесполезен.

Эк она красиво сказала. Не хуже Тьёдара Певца.

– Пошел! – велела Заря и погнала теперь уже окончательно охолопленного Бишку обратно на драккар.

– Спать здесь, – разрешила она. – Утром ждать меня.

Связывать не стала. Но предупредила на всякий случай:

– Сбежишь – найду. И брату отдам. И не Вильду, а старшему. Свартхёвди Сваресону. Берсерку. А он сделает с тобой то, что нурманы с беглыми делают. Хотя нет, лучше – как со строптивыми бычками. Знаешь, что с ними делают, Бишка?

Кивок. Он знал. И нисколько не сомневался, что слова этой волчицы с делом не разойдутся.

«Это было легко, – подумала Заря. – Теперь я в дружине Молниерукого. И заодно и долг вернула».

Бывший отрок Бивой, а ныне – обельный холоп Бишка, когда-то был в ватаге мальчишек, которые травили Зарю за то, что она училась стрелять. Бишка в ватаге был не самым главным, но самым подлым. За косу дергал, щипал за… разные места.

А главное, именно он сломал ее детский лук, который она сама любовно сладила из правильно высушенной березы, купленной за ладожскую стеклянную бусину.

– Корабль наш нашли!!! – сообщил вбежавший в дом дренг Хрейн.

Хрейн Финн. Прибился к их крепости год назад. Отец прислал. Гуннару он – дальний родственник.

– Не ори так, – поморщился Гуннар Гагара. Два дня назад ему в шлем ударило копье, и голова все еще болела. Возраст, однако. В молодости он бы удара и не заметил.

– «Шаловливую»! Свеи ее на буксире вели.

– Не ори, я сказал, – проворчал Гагара. – Свейский драккар вел?

Обидно, но терпимо. Тем более кнорр чужой. Капитан его тоже из вестфолдингов, но Гуннару не родич.

Гагара потер висок. Вопрос: пригодится ли небольшой кнорр свеям для штурма? Чем же его грузили?..

– Гуда, что было на «Шаловливой»? – спросил он.

Жена задумалась ненадолго…

– Железа сырого десять криц, воска не помню сколько, живица…

Ничего такого, что можно использовать при штурме. А вот то, что доставила в крепость «Шаловливая», уже пригодилось. Живой груз: две коровы, пять овец и дюжины полторы свинок. Свиней и овец уже пустили под нож, а коров пока оставили. Сена хватает, а молоко пригодится. Детишек в крепости много, да и взрослые от маслица со сметанкой не откажутся. А вот чем нагрузили «Шаловливую», Гуннар не помнил. Зато Гуда о торговых делах крепости знала все. И не забывала.