Порог

— Это язык кис, — ответила Ксения. И снова обратилась к Первой-вовне на земном: — Сестра, я Третья-вовне. Прошу тебя выйти на связь с Ракс.

— Хорошо, — ответила Первая-вовне после паузы.

— Прошу тебя запросить совет Троих-на-Ракс.

Пауза была очень долгой.

— Это особая просьба, та, кто называет себя Третьей-вовне.

— Я знаю правила и имею основания просить.

— Пусть корабль Человечества ляжет в дрейф. Я должна обдумать происходящее.

Ксения посмотрела на командира. Облизнула губы.

— Корабль ляжет в дрейф. Поспеши, сестра. Прошу тебя. Ракс всегда Ракс.

— Ракс всегда Ракс, — ответила наблюдатель после еще одной томительной паузы.

— Что все это значит? — спросил командир, глядя на Ксению.

— Это значит, что все очень плохо, — сказала Третья-вовне. — Но я пока не знаю насколько. Могу я оставаться в рубке?

— Корабль ложится в дрейф, — сообщила Мегер. — Если соблюдать режим маскировки, нам понадобится на это четверть часа.

— Думаю, Первая-вовне понимает, что мы не тормозим мгновенно, — согласился командир. — Ксения, ты можешь разъяснить ситуацию?

— Командир, давайте дождемся ответа наблюдателя, — сказала Ксения.

Горчаков явно колебался. Властью командира, которую признавал каждый входящий на корабль, он мог надавить на чужую. Но вот к чему это приведет…

Алекс от удивления стянул с лица видеошлем.

— Прости, Гюнтер, я не расслышал, — произнес командир.

— Командир, простите… Командир, я сканирую третью обитаемую планету… Ласковую. Я хотел проверить, на орбите их межзвездная колымага или уже улетела… Смотрите сами!

Изображение на экранах сменилось. Это была компьютерная симуляция, упрощенная, но максимально наглядная.

— Твою мать… — процедил Горчаков. — Вы все это видите?

На экране две группы космических кораблей маневрировали вокруг Ласковой. Судя по построению, это был либо бой, либо маневры. Очень реалистичные маневры — помимо двигающихся кораблей, примерно по два десятка с каждой стороны, имелось еще несколько потерявших ход, горящих красными сигнатурами температурных и радиационных экстремумов и приличное количество мелких обломков.

— Да там бой идет, — поразилась Мегер. — Командир, на этих славных кис и человечков кто-то напал!

Изображение на экране все более и более усложнялось по мере того, как датчики принимали больше информации. Вот на поверхности планеты появились красные оспины, и Алекс болезненно сморщился.

— Они планету бомбят! — выдохнул Гюнтер. — Какие-то мрази бомбят обитаемую планету! А местные отбиваются! Командир…

— Под трибунал меня отправляешь? — спросил Горчаков с неожиданной меланхоличностью.