Солнце полуночи

Теперь Белла вела меня за собой, без колебаний пробираясь сквозь заросли папоротника к лугу.

Как бы я хотел видеть ее лицо. Я без труда мог представить, как чудесно на лугу в такой день. На припеке сладко пахло цветами, слышалось приглушенное журчание ручья у дальнего края луга. Гудели насекомые, чуть подальше щебетали и ворковали птицы. Но сейчас птиц поблизости не было: мое появление распугало здесь всю более-менее крупную живность.

Почти благоговейно Белла вышла на солнечный свет. Он позолотил ее волосы, придал сияние светлой коже. Она провела пальцами по высоким цветам и опять напомнила мне Персефону. Олицетворение весны.

Я мог бы смотреть на нее долго-долго, может быть, вечно, но не стоило надеяться, что красота этого уголка заставит ее напрочь забыть о чудовище, притаившемся в тени. Она обернулась с огромными от радостного изумления глазами и блуждающей на губах улыбкой и посмотрела на меня. Выжидательно. Я не шевелился, и она медленно зашагала в мою сторону. И ободряюще протянула мне руку.

Желание быть человеком в этот момент усилилось настолько, что чуть не сломило меня.

Но я не человек, и сейчас пришло время продемонстрировать безупречное умение владеть собой. Я вскинул руку предупреждающим жестом, останавливая ее. Она поняла, но не испугалась. Только опустила руку и осталась на месте. Ждала. Любопытствовала.

Я глубоко вдохнул лесной воздух, впервые за несколько часов ощутив обжигающий запах Беллы.

Несмотря на всю мою веру в дар Элис, я понятия не имел, как эта история может иметь продолжение. Скорее всего она кончится прямо сейчас. Белла увидит меня и воспримет увиденное так, как следовало с самого начала: перепугается, испытает ужас, отвращение, омерзение… и бросит меня.

Хотя мне и казалось, что ничего более трудного я не делал никогда в жизни, я заставил себя сделать шаг и перенести тяжесть тела на другую ногу.

Я не отступлю перед этим испытанием.

Но… первой реакции, отразившейся на ее лице, я не выдержу. Несмотря на всю свою доброту, Белла просто не сможет скрыть мгновенную вспышку потрясения и отвращения. Поэтому я дам ей время, чтобы взять себя в руки.

Я закрыл глаза и вышел на солнце.

Глава 17. Признания

Я ощутил теплое прикосновение солнечных лучей к коже и порадовался, что сам этого не вижу. Сейчас мне не хотелось смотреть на себя. В течение самой длинной половины секунды, какую мне доводилось прожить, вокруг было тихо. А потом Белла закричала:

– Эдвард!

Я резко открыл глаза, уверенный, что увижу, как она убегает от меня, едва увидев, кто я на самом деле.

Но она мчалась прямо ко мне, рискуя сбить меня с ног и в ужасе открыв рот. Тянула ко мне руки, оступалась и спотыкалась в высокой траве. И выражение ее лица было не испуганным, а отчаянным.