Солнце полуночи

Но если верить Элис, полдень будет солнечным. Интересно, доберемся ли мы такими темпами до леса вовремя, пока солнечные лучи не коснулись меня?

– Как думаешь – к вечеру мы наконец выберемся из Форкса? – спросил я, зная, что никакой критики в адрес своего пикапа она не потерпит. Она отреагировала именно так, как я и предвидел.

– Имей совесть! Этот пикап годится твоей машине в дедушки, – возмутилась она, но все же заставила двигатель работать чуть быстрее. Превысила ограничение скорости на две мили в час.

Когда мы наконец оставили позади центр Форкса, мне полегчало. Вскоре за окном лес стал попадаться чаще, чем признаки цивилизации. Двигатель пикапа грохотал, как отбойный молоток, вгрызающийся в гранит. Белла не сводила глаз с дороги ни на секунду. Мне хотелось поговорить, спросить ее, о чем она думает, но отвлекать ее не стоило. В этой сосредоточенности чувствовались почти свирепые нотки.

– Поверни направо, на Сто десятое шоссе, – велел я.

Она кивнула, не глядя на меня, и перешла на черепашью скорость, одолевая поворот.

– А теперь вперед, пока не кончится асфальт.

– А что там? – спросила она. – Где кончается асфальт?

Безлюдный лес. Ни одного свидетеля. Чудовище.

– Тропа.

Ее голос зазвучал выше и напряженнее, но смотрела она по-прежнему только на дорогу.

– Мы пойдем пешком?

Озабоченность в ее голосе встревожила меня. Я не подумал. Расстояние невелико, идти нетрудно, почти так же, как по тропе за ее домом.

– А что? Проблемы?

Куда бы еще ее отвезти? Запасного плана я не подготовил.

– Нет, – быстро отозвалась она, хотя голос звучал по-прежнему натянуто.

– Не волнуйся, – постарался успокоить я. – Идти всего миль пять, а спешить нам некуда.

Мало того – волна паники вдруг окатила меня, едва я осознал, как невелико расстояние на самом деле, – я был бы только рад оттянуть время.

Она опять нахмурилась. А после нескольких секунд молчания принялась покусывать нижнюю губу.

– О чем задумалась?

Захотела повернуть обратно? Вообще передумала? Жалеет, что открыла дверь сегодня утром?

– О том, куда мы едем, – наконец ответила она. Ее целью был явно небрежный тон, но она промахнулась.

– Туда, где я люблю бывать в хорошую погоду. – Я взглянул в окно, и она тоже. От слоя облаков осталась тонкая завеса. Скоро совсем разойдутся.

Что она подумает, увидев, как солнце касается моей кожи? Какие мысленные образы она призывала на помощь, чтобы оправдать в своих глазах сегодняшнюю поездку?

– Чарли сказал, что сегодня будет тепло."

"Я подумал про ее отца и представил, как он радуется ясному дню, сидя у реки. Он даже не догадывался, что очутился на перепутье, где его подстерегает вероятный кошмар, грозя уничтожить всю жизнь, охватить его мир целиком.