Солнце полуночи

После продолжительной шумовой атаки внезапная тишина стала почти потрясением. Белла отстегнула ремень и выскользнула из пикапа, не взглянув на меня. Стоя ко мне спиной, она принялась стаскивать свитер через голову, не сразу, но справилась с этой задачей, и завязала рукава свитера на талии. Я с удивлением увидел, что ее рубашка похожа на мою не только цветом: она тоже оставляла открытыми руки до плеча. Видеть ее такой я не привык, но, несмотря на мгновенно вспыхнувшую искру интереса, ощущал в основном беспокойство. Все, что нарушало мою сосредоточенность, представляло опасность.

Я вздохнул. Проходить все предстоящее не хотелось. По слишком многим причинам, вопросам жизни и смерти, но в этот момент я больше всего боялся выражения ее лица, отвращения в ее глазах, когда она наконец увидит меня.

Я не отступлю. Изображу смелость, сделаю вид, будто легко подавил в себе эгоистичный страх, даже если это не более чем притворство.

Сняв свитер, я почувствовал себя вопиюще заметным. Так много тела я еще никогда не выставлял напоказ, разве что в кругу семьи.

Я стиснул зубы, выбрался из пикапа – оставив свитер в нем, чтобы не поддаться искушению, – и захлопнул дверцу. Вгляделся в сторону леса. Может, если сойти с дороги и углубиться в гущу деревьев, я перестану так остро ощущать, что я на виду.

Я чувствовал на себе ее взгляд, но струсил оборачиваться и вместо этого бросил через плечо:

– Сюда.

Это слово вылетело слишком быстро и отрывисто. Определенно пора брать себя в руки, чтобы справиться с волнением. Я медленно зашагал вперед.

– А как же тропа?

Ее голос взвился на целую октаву. Я снова оглянулся: она явно нервничала, обходя пикап спереди, чтобы догнать меня. Возможных причин для испуга было так много, что я не знал, в чем дело.

Я попытался заговорить обычным тоном – легким, шутливым. Может, так удастся рассеять хотя бы ее опасения, если не собственные.

– Я сказал, что в конце дороги будет тропа, но не говорил, что мы пойдем по ней.

– Как же без тропы?

Про эту «тропу» она спросила таким тоном, точно речь шла о последнем спасательном жилете на тонущем корабле."

"Я распрямил плечи, растянул губы в фальшивой улыбке и обернулся к ней.

– Я не дам тебе заблудиться, – пообещал я.

К такому я оказался не готов. У нее прямо-таки отвисла челюсть, как у какой-нибудь героини дешевого сериала с закадровым смехом. Она окинула меня быстрым взглядом, потом еще одним, пробегая вверх и вниз по моим голым рукам.

А в них не было ничего примечательного. Просто бледная кожа. Вернее, на редкость бледная, вдобавок она не совсем по-человечески облегала мою выраженную нечеловеческую мускулатуру. Если даже в тени моя кожа вызывает у нее такую реакцию…

У нее вытянулось лицо.