Солнце полуночи

– Объясни мне одну вещь, – попросил я.

– Какую? – ее отклик прозвучал сипло, в голосе все еще слышались слезы.

– О чем ты думала сегодня прямо перед тем, как я выехал из-за угла? Выражение твоего лица я не понял: ты как будто не испугалась, а на чем-то старательно сосредоточилась. – Я вспомнил ее лицо – силясь не думать о том, чьими глазами смотрел на нее, – и выражение решимости на нем.

– Пыталась вспомнить, как обезвредить нападающего, – чуть более твердым голосом объяснила она. – Ну, знаешь, в целях самообороны. Собиралась вбить ему нос в башку. – На все объяснение самообладания ей не хватило. Тон менялся, пока в нем не возобладала ненависть. Никаких преувеличений, ни оттенка юмора в ее бешенстве. Я видел ее хрупкую фигурку – тонкий шелк поверх стекла, – заслоненную мясистыми чудовищами в человеческом обличье, с тяжелыми кулаками, готовыми причинить ей боль. И мысленно закипел от бешенства.

– Ты готовилась драться с ними? – Я чуть не застонал. Ее инстинкты были смертоносными – для нее самой. – Неужели тебе не пришло в голову убежать?

– На бегу я часто падаю, – смутилась она.

– А позвать на помощь?

– Как раз собиралась.

Я покачал головой, не веря своим ушам.

– Ты была права, – сказал я с оттенком досады в голосе. – Я действительно мешаю судьбе, спасая тебе жизнь.

Она вздохнула и уставилась в окно. Потом повернулась ко мне.

– Завтра увидимся? – неожиданно требовательно спросила она.

Если уж мы все равно катимся прямиком в ад, почему бы не порадоваться поездке?

– Да, мне ведь тоже сдавать сочинение. – Я улыбнулся ей, и это было приятно. Очевидно, путаница с инстинктами была свойственна не только ей. – Займу тебе место в кафетерии.

Ее сердце затрепетало, мое, хоть и мертвое, потеплело.

Я остановил машину перед домом ее отца. Она не сделала попытки выйти.

– Так ты обещаешь завтра быть в школе? – настойчиво уточнила она.

– Обещаю.

Как могла эта ошибка доставлять мне столько радости? Тут точно что-то не так.

Она удовлетворенно кивнула самой себе и принялась стаскивать мою куртку.

– Оставь себе. – Я поспешил остановить ее, желая отдать ей что-то на память обо мне. Вроде той крышки от бутылки лимонада, которая сейчас лежала у меня в кармане. – Ведь тебе завтра не в чем ехать.

Но она отдала куртку и грустно улыбнулась.

– Не хочу объясняться с Чарли.

Да уж, ее можно понять. Я улыбнулся.

– Ах да."

"Она уже взялась за дверную ручку, но вдруг замерла. Ей не хотелось уходить – точно так же, как мне не хотелось отпускать ее.

Чтобы защищать, пусть даже еще несколько минут…

Сейчас Питер и Шарлотта были уже далеко, несомненно, оставив Сиэтл позади. Но существовали и другие.

– Белла… – позвал я и поразился, обнаружив, как это приятно – просто произносить ее имя.