Прикосновение полуночи

У меня не хватает слов, чтобы выразить, как мне жаль, что он оказался таким подлецом.

– И вы получите приглашения и на помолвку, и на свадьбу. Она рассмеялась с искренним удовольствием:

– На свадьбу соберется весь фейриленд! Ох, не могу дождаться!

– Спасибо вам, Джоанна.

Закончив разговор, я повернулась к Маркесу.

– У вас есть еще вопросы, особый агент Маркес?

– Нет, спасибо. Думаю, на сегодня с меня хватит того, что я уже узнал, принцесса Мередит, – сказал он и наградил меня взглядом, сообщившим мне, что я приобрела новой) врага. Боже ты мой, враг, который не стремится меня убить! Это было почти приятно.

– Я могу обратиться к вам и воспользоваться вашей лабораторией, если возникнет такая необходимость? – спокойно спросила я.

– Я обещал миссис Биллингс, что мы вам поможем.

– Прекрасно, – сказала я и повернулась к майору Уолтерсу. Он изо всех сил пытался не выдать свое удовлетворение – да где там! Он просто сиял. Копам вечно достается по шапке от фэбээровцев. На этот раз дубинка перешла в другие руки, и Уолтерс этим наслаждался. Он дотерпел, пока мы скроемся с глаз фэбээровцев за снежной пеленой, и только потом зашелся смехом. Железный самоконтроль.

Холод приложил ладонь к заснеженному склону холма и вызвал дверь. Проем в холме возник с мелодичным звоном, от которого полицейские дружно улыбнулись, не исключая даже майора. В дверь, ведущую в страну фейри, все смертные входят с улыбкой, а вот выходят по-разному. Внутри холма лежал человек, которого отсюда вынесут в черном пластиковом мешке.

Дверь широко растворилась и вспыхнула светом, хотя свет вообще-то был тусклым, я это знала. Он только казался ярким нашим глазам, привыкшим к завьюженной темноте.

Полицейские ввалились в сумрачный коридор и заахали от восторга. Полицейские не выказывают восторга. По крайней мере те, которые уже достаточно долго полицейские. Лучше всего у копов получаются усталый цинизм и вечная скука: бывали, видали, нет-сувениров-не-надо.

Один из копов воскликнул:

– О Господи, какие изумительные цвета!

Стены были голые и серые. Простой камень. Никаких красок.

Майор Уолтерс глазел на эти стены, словно на лучшее зрелище в мире. На всех лицах были написаны восторг и изумление. Кто-то охал и ахал вслух, как при залпах фейерверка. Мы со стражами тупо смотрели на серый камень.

– Рис, ты не забыл предложить нашим гостям бальзам?

– Репортерам он не понадобился, – проворчал он. – Откуда мне было знать, что крутые полицейские и проницательные ученые окажутся менее устойчивы к магии холма?

– Так не должно быть, – нахмурился Холод.

– Почему? – спросила я.

– Королева и вправду дала нам склянки с бальзамом на случай, если кто-то из репортеров поддастся природной магии ситхена, но это всего лишь предосторожность.