Полночный вальс

– Надеюсь, и вам не случалось прежде ухаживать за дамами, пользуясь такими… экстравагантными средствами убеждения.

– Никогда, – заверил ее Джон.

– Отлично, – улыбнулась Белл в ответ. – Но видите ли, – произнесла она, задохнувшись, когда он подхватил ладонью ее грудь, – ритуал ухаживания включает не только цветы и шоколад.

– И еще поцелуи, – Джон сжал ее грудь через Платье, заставив Белл вскрикнуть от удивления.

– Разумеется, – вздохнула она, – об этом я не забыла.

– Я постараюсь сделать все возможное, чтобы вы ни на секунду не забывали об этом. – Джон был поглощен размышлениями, каким образом высвободить одну из идеальных грудок Белл из выреза платья.

– Замечательно. Но имейте в виду, я не позволю вам забыть, что вы обещали мне стихи.

– Вот упрямица! – Джон наконец решил, что наилучшим выходом будет просто спустить платье с плеч Белл и благодарить Бога за то, что нынешняя мода не требует возни с бесконечными рядами пуговиц.

– Вы совершенно правы, – негромко рассмеялась Белл. – Но я хочу получить эти стихи.

Джон моментально отвлек ее внимание, осуществив свой смелый план. Он простонал от невыразимого мужского наслаждения, увидев ее смуглый сосок, затвердевший от желания, и облизнул губы.

– Джон… неужели вы хотите?..

Он кивнул и выполнил задуманное.

Белл ощутила слабость во всем теле и откинулась на диване, увлекая с собой Джона. Он благоговейно вкушал нежность одной ее груди – целую минуту, прежде чем отдать должное второй. Белл оказалась беспомощной под его чувственным натиском и не могла сдержать приглушенные вскрики желания, срывающиеся с губ.

– Скажите же что-нибудь! – наконец простонала она.

– Сравню ли с летним днем тебя? Ты словно… – начал цитировать он.

– Перестаньте, Джон! – воскликнула Белл, отрывая его голову от собственной груди, чтобы заглянуть в смеющиеся карие глаза. – Если уж вы решили прибегнуть к плагиату, выберите какие-нибудь менее известные стихи.

– Если вы немедленно не замолчите, Белл, я буду вынужден перейти к решительным действиям.

– К решительным действиям? Звучит заманчиво. – Она прильнула к его губам и страстно поцеловала их.

Лишь в последнюю секунду они услышали до боли знакомый голос, доносящийся из коридора.

– Какая досада, я забыла теплые перчатки! – сокрушалась Персефона. – На улице так морозно.

Белл и Джон отпрянули друг от друга в мгновение ока. Увидев, что Белл действует недостаточно поспешно, поправляя одежду, Джон перехватил инициативу и лично подтянул вырез ее платья почти до подбородка. Лихорадочно приводя себя в порядок, они услышали второй негромкий голос – вероятно, слуги, с которым беседовала Персефона.

– Как любезно с вашей стороны! – заметила Персефона.