Полночный вальс

 – Я подожду в гостиной с Белл и ее гостем, пока вы не принесете их мне.

Белл едва успела броситься в кресло, стоящее напротив дивана, когда ее компаньонка вошла в гостиную.

– Персефона, какой сюрприз!

Персефона окинула ее проницательным взглядом. При всей своей беспечности она была отнюдь не глупа.

– Не сомневаюсь в этом.

При виде Персефоны Джон вежливо встал.

– Не хотите ли шоколаду? – спросил он, протягивая ей коробку.

– Я бы не отказалась.

Белл слегка покраснела, вспомнив, что случилось, когда Джон предложил шоколад ей самой. К счастью, Персефона была слишком занята выбором сладостей, чтобы заметить румянец подопечной.

– Я бы попробовала вот эту, с орехами, – наконец произнесла она, доставая из коробки конфету.

– Неужели на улице так прохладно? – спросила Белл. – Я слышала, что тебе понадобились теплые перчатки.

– Да, со вчерашнего дня весьма похолодало. Хотя должна признаться, в доме, даже душно.

Белл слабо улыбнулась, но, переведя взгляд на Джона, заметила, что тот сдерживает покашливание.

– Ваши перчатки, мадам.

– Великолепно. – Персефона встала и направилась вслед за лакеем, только что вошедшим в комнату. – Тогда я удаляюсь.

– Желаю приятно провести время, – сказала ей вслед Белл.

– Разумеется, дорогая, так я и сделаю. – Персефона начала прикрывать за собой дверь, но остановилась и слегка покраснела. – Если вы не возражаете, я оставлю дверь слегка приоткрытой – так комната будет лучше проветриваться…

– Ну конечно, – подхватил Джон, и, когда Персефона вышла, склонился к Белл и прошептал: – Я закрою ее сразу же, как только она покинет дом.

– Тише! – предостерегла его Белл.

Едва они услышали стук парадной двери, Джон вскочил и закрыл дверь в гостиную.

– Это просто смешно! – недовольно пробормотал он. – Мне почти тридцать лет. Меня вовсе не прельщает необходимость прятаться от какой-то компаньонки.

– Должен вам сказать, это чертовски неприлично. – Джон вернулся к дивану и сел.

– Вас не беспокоит нога? – спросила Белл с искренней тревогой в глазах. – Похоже, вы стали хромать сильнее обычного.

Джон скептически осмотрел собственную конечность.

– Кажется, да. Я и не заметил. Видите ли, я уже привык к боли.

Белл пересела на диван, поближе к нему.

– Может быть, вам будет легче, если я разотру ее? – она коснулась ладонями ноги Джона и начала растирать мышцы повыше колена.

Джон закрыл глаза, в блаженстве откинувшись на спинку дивана.

– Неописуемо! – воскликнул он. Позволив Белл продолжить свое занятие еще несколько минут, он произнес: – Белл… мне хотелось поговорить о вчерашнем вечере.

– Да? – подняла она голову, не переставая массировать ногу.

Джон открыл глаза и остановил ее руки. Белл замерла, удивленная его внезапно посерьезневшим лицом.