Пограничник. Том 3: Шамабад должен гореть!

— Отлично! Хотите, покажу вам коллекцию моих пластинок?

— Мне казалось, Анатолий, вы торопились…

— Ну… У меня еще есть время. Давайте я покажу вам мой граммофон. Посмотрите, какой он красивый! Считай, антиквариат!

— Ты послушай, как Таран старается, — ухмыльнулся Ваня, когда мы аккуратно пролазили под окошком. — Молодец…

— Тихо ты… Давай быстрее, — поторопил Белоуса я.

— Таран, у меня тоже не так много времени… — Неуверенно ответил шефу особист.

— Я не задержу вас надолго. Вы располагаете к себе, товарищ капитан. Сами понимаете, контингент на заставе очень молодой. Они таким не интересуются. А я, хоть не намного старше, но классику ценю. Да и потом, мне хочется найти с вами общий язык.

— Я хотел посмотреть вашу приболевшую собаку, — напомнил Рюмшин.

— Там ничего серьезного. Да и не убежит она никуда. Вы только посмотрите? У меня тут Утесов, Магамаев, Лариса Мондус! Если вы любите классическую музыку, у меня и Бах найдется. Да и Бетховен где-то завалялся.

— Ну… — Очень громко вздохнул Рюмшин, — давайте я посмотрю.

— Уверен, вы еще и послушать захотите.

— Эм… Ну…

— Давайте, давайте скорее, ребят, — махал нам рукой Сагдиев, — ставший возле бани, мы Пальме все сделали!"

"Он подержал нам двери в парную, и мы внесли и уложили Пальму на застеленное одеялами место. Собака посмотрела на нас как на ненормальных, но тут же снова принялась вылизываться.

— Пошел первый плод, — решительно сказал Ваня, уставившись на Пальму.

— Рюмшин пошел! — Влетел в баню Стас, — пытается отвязаться от Тарана!

— Сука… — Выругался Белоус.

— Всем оставаться здесь, — выпрямился я, — у бани не мельтешите, не привлекайте внимание. Я щас.

С этими словами я помчался к питомнику. Пришлось даже занырнуть за склад, когда Рюмшин показался во дворе.

— А вон там у нас конюшня, — рассказывал Таран, шедший рядом с особистом, — не хотите осмотреть? Кони у нас красивые, холеные.

— Нет, спасибо, — раздраженно буркнул ему Рюмшин.

— Тогда давайте я покажу вам оружейную. Увидите, какой строгий порядок там царит…

Едва они скрылись из виду, я двинул дальше. Помчался к вольерам, одним прыжком перемахнул через заборчик питомника, подскочил к заданию питомника. Быстро дернул щеколду и открыл дверь Булатова выгула.

— Буля, ко мне!

Пес удивленно спохватился. Смешно заморгал, навострив уши.

— Сегодня ты больная собака! — С этими словами я вцепился ему в ошейник и торопливо вывел наружу. По пути стащил с забора какой-то старый драный поводок, который бросили тут, потому что уже износился. На ходу щелкнул его карабин за кольцо Булатова ошейника.

Вместе мы побежали к комнате, где раньше держали Пальму. Булат при этом удивленно оглядывался и возмущенно порыкивал.

— Не возмущайся! Наших выручать надо! — Бросил я ему на бегу.

Мы заскочили в комнату.