Атомный поезд. Том 1

Трое с девушками, что вполне вытекало из стандартных целей визита в «Ночной прыжок», а двое, пришедшие вместе, выходили по одному и без девушек!

– Ну-ка, давай их крупным планом…

На экране укрупнился вальяжный господин в дорогом костюме. Из обращающих на себя примет можно было выделить острый вытянутый подбородок, широкий лоб, тонкие, стянутые в ниточку губы.

– На мертвеца похож, – сказал Влад.

– Почему на мертвеца?

– Не знаю. Только похож.

– Этот ушел за полчаса до обнаружения трупа. Когда он уходил, Марина наверняка была жива. Давай второго.

Второй был гораздо моложе и спортивнее. Коротко стриженый парень с большой бугристой головой, узким скошенным лбом, массивным подбородком и злыми глазами.

– По теории Ломброзо, это прирожденный убийца, – Влад ткнул пальцем в экран.

– Да. Если первый больше похож на связника шпиона, то этот скорее исполнитель мокрых дел… Думаю, в МУРе его легко опознают.

Капитан Малков встал. В этом розыске он был старшим.

– Я поеду в «Ночной прыжок», а ты сгоняй в МУР. Встречаемся через два часа.

Через два часа картина прояснилась. Официантки ночного бара опознали Фалькова и вальяжного господина с острым подбородком как товарищей, оживленно говоривших между собой и не обращавших внимания на девочек. Посидели недолго, Фальков ушел первым, его спутник минут через десять. Девушка в черно-белом прикиде еще оставалась за столиком. Потом к ней подсел стриженый, они коротко переговорили. Потом ушла девушка, почти сразу за ней – большеголовый.

В МУРе фигурантов тоже опознали сразу – ими оказались скандальный журналист Василий Иванович Слепницкий по прозвищу Курт и его телохранитель Федор Петрович Кузин, ранее судимый за вымогательство и грабежи и известный в криминальном мире под кличкой Череп.

– Опасный тип, сейчас он собрал свою бригаду, и ожидать от него можно чего угодно, – сказал оперативник уголовного розыска, глядя на фотографию Черепа.

Когда результаты расследования доложили Смартову, тот решил, что Фалькова пора арестовывать. Мезенцев с таким решением согласился.

* * *– Суетится, засранец, – с недоброй усмешкой произнес Анатолий Ломов, лениво поглядывая на улицу сквозь зеркальное, односторонней прозрачности стекло мобильного наблюдательного пункта."

"– То звонит неизвестно куда, то в бинокль чего-то высматривает… Опасается, паскуда. Совесть-то у него нечиста…

– Еще бы, своих продает, сука, – откликнулся с соседнего сиденья его напарник Владислав Малков. – К тому же он не вчера родился. Должен понимать, что к чему. Да они и чувствуют всегда, когда трандец подкрадывается. Вон, Гордиевский сумел даже «наружку» обмануть и за кордон уйти.

– Это редкий случай.