Опасная красота. Поцелуи Иуды

А написано там было всего-то несколько строчек.

Цветы от клиента, предвкушающего встречу с тобой, дорогуша! Он уже в Предъяле и послезавтра его именины. Подарок должен быть на уровне. Не забудь про томатный сок.

Хотя подпись не было, ясно, как белый день — записка от Эдны Диофант, которая никоим образом не отказалась от плана продать меня какому-то супер-денежному клиенту, несмотря на то, что я уже не являлась девственницей.

Так как у меня… у меня было менее пяти раз, надо мной можно было провести какой-то сложный ритуал. Снова невинной бы он меня не сделал, но с помощью каких-то хитрых магических иллюзий воссоздал для мужчины именно эти, ни с чем не сравнимые ощущения.

Для того, чтобы ритуал прошел гладко, два дня перед ним не нельзя было ничего есть, а только пить в неимоверных количествах томатный сок.

Который я, к слову, терпеть не могла!

Но не это было самым страшным.

Не это, а то, что я заранее с содроганием думала о том, что мне придется заниматься этим с каким-то посторонним мужчиной.

Да еще и улыбаться ему и очаровывать его… Это было выше моих сил…

Но двадцать пять миллионов сами себя не заработают. Бабушке уже нужно покупать лекарство — пластинка “Теагаста” подходит к концу. Я и не думала, что в одной упаковке всего десять таблеток!

Да и Александр Брент, получивший от меня первые деньги в уплату долга, и, чуть ли не облизнувшийся, как кот, наевшийся сметаны, надолго этой суммой не удовлетворится.

Как говорит бабуля — назвался груздем — полезай в кузов.

Я не похожа на проститутку, сказал Дейвис Шеринг. Но я уже стала ей, когда Кастор Трой спокойно выложил миллион лей за ночь со мной, а затем получил эту ночь.

Почему тогда меня передергивает от мысли, что кто-то, кроме него, будет меня касаться?

Кроме него и…

Коула Тернера.

Отдающий плесенью и какой-то особенно противной кислотностью томатный сок, который я глотала все следующее утро, конечно, был редкой гадостью, но не такой, какой оказался личный кабинет офицера Анежки Гурович.

Я ожидала увидеть аскетичную келью, под стать суровой непреклонной сестре, но нет — ее обиталище выглядело максимально обжитым, в силу того, что стены были увешаны вышитыми картинами, которые, похоже, были именно ее рукоделием. Ну а самое почетное место занимал вышитый крестиком портрет Его Высокопреосвященства, Коула Тернера, представленный на манер иконы.

Хотя, на мой взгляд, получился он у сестры не особо похожим и каким-то кривобоким — в реальности кардинал был намного красивее.

Кажется, суровая нравственница чуть не поперхнулась чаем из большой розовой кружки, завидев меня, робко заглянувшую в ее логово.