Опасная красота. Поцелуи Иуды

С некоторым обалдением я вчиталась в этикетку, на которой было написано: «Стоп-интим капли для регуляции полового влечения у женщин» и нарисована очень довольная жизнью девушка с абсолютно фальшивой, наигранной улыбкой.

Я искренне полагала, что Гурович будет увещевать меня душеспасительными беседами, но это было просто за гранью добра и зла!

— Побольше молись и принимай это каждый вечер по три капли, — Гурович выдала некое подобие улыбки, хотя, кажется, разорвать меня была готова. — Все волнения и тревоги уйдут, и ты обретешь душевный покой.

Я чуть было не ляпнула, что хочу взглянуть на инструкцию — там, наверное, такая побочка, что кровоточащими язвами с ног до головы покроешься, но вовремя спохватилась и, прижав к себе заветный пузырек, принялась горячо благодарить добрую женщину.

На самом пороге кабинета я замерла и стыдливо спросила, словно в нерешительности трогая рукой дверь:

— Офицер Гурович, но вы же никому не расскажете, да?

— Ну конечно, нет! Как я могу? — совершенно ненатурально возмутилась сестра Анежка. — Ступай себе с миром!

Явно под впечатлением моего признания, она не заметила, как мой указательный палец скользнул в замочную скважину, вминая туда маленький липкий черный комочек.

Еще раз поблагодарив Гурович и прижимая к себе пузырек с содержимым, которому лучше всего было бы быть смытым в унитаз, я и пошла.

Пошла, чтобы вернуться сюда парой часов позже, когда офицер Гурович отправилась на обед.

Трапезничала она всегда в столовой с нехитрым названием «Тарелка» — там было дешево и сердито, а затем шла в дальнюю кондитерскую за сладостями, потому у меня в запасе был час, а может, и больше…

Дождавшись, когда в коридоре не окажется народа, я пошептала над замком, и странный комок слизи (вернее, Ключ от всех дверей!) открыл его, как по мановению волшебной палочки.

Руки мои тряслись, а воображение услужливо рисовало Гурович, которая точно так же, как в свое время Трой, распознала мой маневр.

Вот только от нее уже отделаться никак не удастся…

Но на этот раз Каин с Лилит, кажется, благоволили мне — кабинет был пуст, а искомый отсек в одном из шкафов обнаружился спустя минут двадцать усиленного поиска. Не так уж их там и много было, по правде говоря, пластиковых папок с аккуратно приклеенными бумажками, на которых значились имена преступников.

Самое удивительное, что Шеринг оказался прав — раскрыв его папку, я выронила на пол целый ворох фотографий, на которых был запечатлен его секс с самыми разными девушками и в самых разных позах.

И лишь два снимка выбивались из этого ряда — на одном он стоял рядом с блондинкой довольно отталкивающего и высокомерного вида, а на втором обнимал маленькую светловолосую девчушку, чем-то похожую на ту блондинку.