Гром победы, раздавайся!

«По цене купи, как бы тебе дорог ни показался, выбери его через знатоков да перешли мне его очень сохранно, чтобы постороннего духа он отнюдь не набрался, а соблюдал бы свой дух весьма чистый», – писал он своему управляющему. Присланный ему чай он затем самым тщательным образом изучал, приказывая его просеивать через сито несколько раз. Заваривал его повар Митька непременно в присутствии самого Суворова. Наливал сначала полчашки, которую генерал отпивал, а потом давал указание оставлять так или же доливать кипятка.

– Добавляй сливки, Алексей, – подал он Егорову фарфоровую посудину. – Я в скоромные дни со сливками его люблю испить и тебе того же, голубчик, советую.

Разговор за чаем крутился вокруг последних событий, касающихся войны с Турцией. Несмотря на более чем полугодовое бездействие русских войск по причине отсутствия в них командующего и недавний досадный отход из Южной Валахии, в победе над неприятелем генерал-аншеф был совершенно уверен."

"– Не позволит матушка императрица такому же сраму случиться, какой у цесарцев произошел, – заявил он уверенно. – Потому и отказалась она участвовать в этом позорном Рейхенбахском конгрессе, где австрияков просто втоптали в грязь. Помяни мое слово, Алексей: совсем скоро для нас барабаны сигналы «В атаку» и «На штурм» пробьют! Получен приказ, – взглянул он на Лешку пристально. – Главное армейское квартирмейстерство предписывает мне как можно скорее отправить твой полк в Кишинев, куда уже переехала из Ясс и вся ставка главнокомандующего. Жаль мне, конечно, с такими орлами, каков ты сам и какие под твоим началом служат, расставаться, но думаю, что совсем даже неспроста такая вот срочность возникла. Помяни мое слово, Алексей: совсем скоро нам опять доведется вместе неприятеля воевать. А там и до виктории недалеко. Думал вот позвать тебя к ужину, у меня сегодня господарь молдавский со всей своей многочисленной свитой обещался быть. Ты как, хотел бы на этом приеме присутствовать? – посмотрел он внимательно на собеседника.

– Ва-аше высокопревосходительство, Алекса-андр Васи-ильевич, – протянул жалобно Лешка, – лестно мне такое приглашение от вас слышать, но вы ведь и сами только что сказали, что вам предписано меня как можно скорее от себя в Кишинев отправить. Не хотелось бы мне вас подводить. Для такого вот дальнего перехода ничего ведь еще у меня не готово.

– Каков плут! – рассмеялся Суворов. – Учись, дуралей, как начальству нужно вежественно отказывать! – кивнул он прислуживающему за столом Дурасову. – Это вот ты у нас безо всяких манер можешь цельного принца водою окатить или у своего барина при высоких гостях тарелку из рук вырвать. А тут все грамотно сказано, так что даже и зацепиться не за что.