По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Сквозь переплетения дрожащих в агонии гибких веток я вижу смотрящий прямо на меня глаз всё ещё живого старого мечника, покрытый сеткой лопнувших сосудов, и его кривящиеся губы с кровавым вздохом выплёвывают пропитанные всепожирающей ненавистью слова:

Моё лицо искажается в ужасающем оскале, и я оборачиваюсь к Кальмуаре, исподлобья смотря на эту лядскую тварь. Несколько кратких мгновений мы не отрываем друг от друга глаз, а затем я вскидываю Вайнорию и с направленного в грудь гадине острия срывается луч бушующего чёрного пламени, которое разбивается о сплетённые воедино четыре ветвяных щупальца пастухары. Подбросив меч с бьющим из его лезвия огнём, я бегу вперёд и совершаю Прыжок Дравэрина, трансформируясь прямо в воздухе: лапы, шея, хвост и морда стремительно вытягиваются, позвоночник удлиняется, кости с хрустом видоизменяются. Миг — и сквозь клубы взметнувшегося огня выскакивает чёрная виверна Дэйра, которая с разворота в воздухе со всей мощи бьёт хвостом.

Соединившиеся в корневой щит щупальца Пастыря с оглушительным треском разламываются от столкновения с моим шипастым, объятым синими пустарными разрядами хвостом, который продолжает свой путь и с чудовищной силой врезается в грудь Кальмуары. Покачнувшаяся от страшного удара потрясённая тварь делает несколько шагов назад, но удерживается на ногах. Не давая ей времени опомниться, я, едва рухнув на землю, тут же отталкиваюсь всеми лапами и в молниеносном рывке вгрызаюсь острыми клыками прямо ей в глотку. Возопившая Кальмуара врезается спиной в стену, её зелёная кровь хлещет в мою пасть, а зубы всё глубже и глубже погружаются в пульсирующую плоть. Длинные пальцы охваченной яростью пастухары стальными клешнями сжимаются на моей вытянутой морде, когти вонзаются в дёсны, и она с невиданной силой разжимает сомкнувшиеся смертоносным капканом челюсти. Но едва она смогла оттянуть вверх мою рогатую башку, как вдруг грудь бьющейся в захвате Дэйры с хрустом разрывается и из окровавленного нутра вылетает дриарилловый кулак горного тролля Таллиара, который со всего маху врезается в её лицо и с треском сминает его. Затем слившийся с виверной тролль с яростным рёвом бьёт правым кулаком, ломая в труху левую скулу, и в это же самое мгновение из продолжающих терзать Пастыря лап рептилии с чудовищным, вибрирующим криком вылезают ужасно деформированные тела волколака и страгена, впивающиеся когтями и клыками в её кровоточащее, содрогающееся тело. А затем из моего покрывшегося бурлящим чёрным месивом левого плеча вырывается голова Короля Драконов Гарганора, который смыкает свои сверкающие клыки на ключице прижатой к стене Кальмуары.

Однако даже вся мощь Лимрачного Дравэрина оказалась несравнима с могуществом Пастыря Цикла.