По дороге могущества. Книга пятая: Лик Кальмуара.

Рухнувшую Кальмуару корёжило и ломало в судорогах, её ногти бессильно царапали и ломались о торчащий в груди кристалл Светочи, который с каждым мгновением неумолимо вытягивал из бьющегося в агонии тела всю скопленную им силу, иссушая его жадными, могучими глотками. И вместе со своей Госпожой выли и корчились все двардрэнские отродья, из которых она безжалостно пожирала жизненную силу в отчаянной попытке вырвать из себя сверкающую глыбу.

Но все её попытки были тщетны.

— КАЛЬМУАР!!! — отброшенный к стене Лютер Рич с плещущимся в глазах ужасом рухнул на колени и в неверии протянул руки к своему Ксантийскому Владыке. — НЕ-ЕТ!! НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!!!!!

Внезапно за его спиной возникло и стремительно разрослось густое, перекатывающееся чернильное облако, которое на миг замерло, а затем резко обволокло тело вопящего мага и моментально схлопнулось, исчезнув вместе с ним.

Не отрывая взгляда от содрогающейся Кальмуары, я медленно выпрямился, глубоко вздохнул, и неспешным, уверенным шагом направился к своему поверженному врагу, без тени улыбки на жестоком лице.

Ничто ещё не закончено. Пока ещё — нет.

Я остановился в нескольких метрах от Кальмуары, и она, наконец, обратила на меня свой взор.

— Т-ты-ы-ы!!! — перевернувшись на живот, она, из всех оставшихся сил загребая когтями взрытые обломки камня и мрамора, поползла ко мне. — Ты вновь п-помешал мне, жалкий ч-челочишко!!!

Из пастухаровой глотки вырывался надсадный, скрипящий хрип, а её глаза, смотрящие прямо в мои, горели лютой, всесжигающей ненавистью. Спокойно выдержав взгляд древнего Пастыря, я медленно поднял правую руку, слегка шевельнул растопыренными пальцами, и рассекающая воздух Вайнория с молниеносной скоростью ринулась к своему единственному возлюбленному и Хозяину, и её удобная, пульсирующая силой в такт бьющимся сердцам рукоять влетела в мою ладонь.

Я опустил меч и с силой сжал его рукоять, утопая в самых пучинах нескончаемой бездны, что смотрела на меня из недр жёлто-оранжевых глаз.

И тогда разбитые древесные губы Кальмуары разошлись в широкой улыбке, и из открывшихся на них трещин потекла зелёная кровь.

— Оооо!.. Неужели ты всё ещё надеешься избежать свою судьбу, ксантиец? — Её тело сотряслось от смеха. — Отбрось пустые надежды!.. У Сияющих Цикла только один Путь — и он ведёт по Дороге Могущества!

Не давая ей больше произнести ни единого слова, я перехватил меч лезвием вниз, вскинул его над головой и изо всех доступных сил с криком опустил дрожащее в нетерпении острие Вайнории, вогнав прямо в голову смеющейся Кальмуары чёрно-синее лезвие с клубящимся в его глубинах тёмным, перламутровым туманом практически по самую гарду.