Плохие мальчики не влюбляются

 — Лапин? Да ни за что!

— Тогда — «ой», — пожимаю плечами и сажусь в подъехавшую тачку.

Тина психует.

Обойдешься с открытием бала!

Я зол на них за свое чувство беспомощности по поводу Динкиного мяча. Хочется тоже врезать адекватно в ответ. В таких вопросах я не великодушен. Тине — достаточно обломаться с балом. Гала… Посмотрим.

Приезжаю уже на заходе солнца. Прячась наполовину за крышами, оно неожиданно сильно режет глаза. Стою на участке, пялясь на Динкин дом.

Как тебя оттуда выцарапывать?

«Дин, привет. Выйди на минуту.»

Жду, но сообщение не прочитано. Потом оно меняет цвет. И в следующее мгновение мессенджер пишет мне, что я больше не могу отправлять сообщений адресату.

Ну, зашибись! А что случилось то? Ты меня не блокировала, даже когда мы ругались. Опять снаряд в голове шевельнулся? Какой-то новый нерв задел?

Свет на первом этаже горит.

— Рафи! — выходит на крыльцо Серафима. — Ну что ж ты мокнешь?

А… Да. Передергиваю зябко плечами.

Если вламываться, откроен мамаша. И скажет, что «Диночка тренируется», отвлекать нельзя.

В расстроенных чувствах ухожу в дом.

— Ужинать будем? Я всех слуг распустила. Зачем они мне, когда вас нет, — вздыхает Серафима. — Но с радостью приготовлю тебе что-нибудь.

На автомате смотрю в окно. На Динкин балкон. Закрыт.

— Что ты глаз не сводишь… — треплет меня по волосам. — Хочешь, пригласи девочку на ужин. Я сегодня ее видела. Не хочешь? — заглядывает мне в глаза.

Опускаю взгляд.

— Хочу. Но она не пойдет.

— Почему? — удивленно. — Она встречается с другим мальчиком?

— Еще не хватало… — бормочу я. — Нет. Но причин много. Она… Короче, не ест она нихрена! — в чувствах жалуюсь Серафиме.

— Не ругайся.

— Извини.

— Почему не ест?

— Гимнастка. Нельзя. Соревнования…

— Сколько детей перекалечил этот спорт! — гневно фыркает она. — Почему еще не запретили законом? Я не понимаю… Что тебе приготовить?

— Баклажаны с сыром.

А Динка опять без ужина там. Ну и чего ты приехал-то ангел? На окна посмотреть?

Хочется достать скрипку и сыграть на балконе, раньше она всегда выходила, когда я делал так. Но теперь, уверен, не выйдет. Обещала же больше не слушать. Не сработает."

"И я мечусь по комнате, то падая на кровать, то выхожу на балкон… Хватаю какую-то книгу. Не понимаю, что читаю. Включаю фильм, через десять минут ставлю на паузу, так как не могу уловить завязку. Ну что за дела?!

В комнате Дины свет не горит.

Одеваться к ужину лень. Да и Серафима никогда не ругала нас за непотребный вид. Поэтому я спускаюсь босиком, в расстегнутой льняной рубахе и в домашних штанах.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Пахнет божественно, рот наполняется слюной.