Плохие мальчики не влюбляются

— Нет, сегодня узкая квалификация — кормитель. «Эй, ты, птичка, летим со мной, там много вкусного!», — цитирую ей старый мультик.

Хихикает. В темноте сверкают белые зубки. И мой прицел опять ловит эту мишень. Хочу поцеловать.

Маман уходит на другую сторону дома, я протискиваю нас через изгородь.

— Да, Раф! Что ты делаешь?

— Это — ролевые игры, Динка! — шепчу ей в ухо. — Побег из Шоушенка, подыгрывай, давай!

Сдавленно хохочет. Ветки цепляются за нас. Треск!

— Оо… Я штаны порвала! — хватается Дина сзади за ягодицу.

— Покажи, — ухмыляюсь я.

— Что еще показать?! — гневно.

— Дина?! — опять приближается голос маман, но уже с другой стороны дома.

Затаскиваю практически силой ее на террасу.

— Быстро в дом! — рассерженно причитает Серафима, накидывая на Динку свой большой палантин с плеч.

Я закрываю двери.

Попалась!

Глава 27. Искуситель

ДинаДожилась! Стою в комнате мерзавца. Одна перед его раскрытым шкафом. И нет, я не решила покопаться в его благоухающим французским парфюмом белье. Он велел переодеться во что-нибудь сухое. Футболка и… Пусть будут вот эти спортивные штаны.

Подкатываю их снизу, потуже затягивая завязки на талии. Волосы обматываю белоснежным полотенцем. Смотрю на свое отражение на фоне его стены со скрипкой.

Офигеть…

Два ленивых стука в дверь.

— Ты все? Можно?

— Можно…

Дагер не смущается, переодеваясь прямо при мне. Мне неловко. Складываю палантин его бабушки, чтобы хоть чем-то отвлечь себя от разглядывания его спортивных икр… широких плеч… И неплохо прокачанной задницы!

Позорница. Еще пощупай подойди! Но, надо признать, тело у него красивое.

Натягивая футболку, встречается со мной взглядами в зеркале. Застывает и медленно обратно снимает через голову. Мышцы на торсе играют.

Провокационно ухмыляется.

— Так оставить? Или штаны тоже снять?

Закатываю демонстративно глаза."

"— Прикройся, здесь ни пилона, ни поклонниц.

Смеется, возвращая футболку на место.

— Раньше ты была смелее в признании своих чувств.

— Ничего, кроме чувств не изменилось.

Это я вру, конечно. Мои чувства надежно упакованы и демонстрации больше не подлежат. Да и достаточно ему восхищения от других девочек. От меня не получит. Стою, трясусь, обнимая себя за плечи. Пол у него теплый, с подогревом, а вот в комнате прохладно.

— Погреть? — закусывает губу, стреляя взглядом из-под своих густых ресниц.

— Балкон закрыть!

Улыбаясь, закрывает.

Развешиваю свои мокрые вещи на пустую напольную вешалку. Рафаэль смотрит в окно.

— Надеюсь, завтра тебя не распнут за побег?

— Разберусь. Почему — завтра-то?

Если распнут, то уже сегодня.

— Пойдем, а то остынет все.

Снимаю с волос полотенце.

— Слушай, — поджимаю я губы. — Это неудобно.

— Оу, у Царевой есть чувство такта? — театрально.