Плохие девочки не плачут. Книга 3

Пасть ниц перед господином и повелителем, обнять его ноги, покрыть беспорядочными поцелуями.

Пасьянс раскладывается по одинаковой схеме. Без лирических отступлений.

Хочется сойти с ума.

И в этом я однозначно преуспела.

— Твоя, — бросаю коротко.

Фон Вейганд ступает в ванную. Не раздевается, не разувается. Ястребом нависает надо мной. Мрачный и угрожающий. Накрывает будто тень. Окутывает сумраком.

— Кто ты? — спрашивает ровно.

Наверное, в комнате горит свет.

Горит очень ярко. Ослепляет и бьёт по глазам. Но я не замечаю.

Погружаюсь в темноту. В эпицентр ночи.

— Шлюха, — отвечаю с вызовом.

Колени мелко дрожат, ноги слабеют и подгибаются.

— Мимо, — он отрицательно качает головой.

Скоро упаду.

— Твоя шлюха, — выдаю сбивчиво.

Его ладони ложатся на мои плечи. Прижимают к стене. Грубо и резко. До боли, словно распинают.

— Неправильно, — его дыхание кажется ледяным.

Рефлекторно вздрагиваю.

— Твоя сучка, — шепчу сдавленно.

— Опять промах, — стискивает грудь, выкручивает соски, вырывает вопль боли. — Значит, нам придётся отложить оргазм до лучших времён.

Облизываю губы. Не отвожу взгляд. Ни на миг не разрываю контакт.

— Ты слишком устала, чтобы продолжать игру.

Ну, размечтался.

Этого не потерплю.

— Я твоя бл*дь, — короткий смешок вырывается из горла.

Тормоза отказывают.

— Сладкая. Грязная. Покорная.

Газ выжат до упора.

— Похотливая бл*дь.

Авто несётся по опасной трассе на предельной скорости."

"— Что добавить? — спрашиваю с издёвкой. — Скажу любую ерунду, только…

Проклятье.

— Только? — фон Вейганд не скрывает сарказма.

Ненавижу.

Вот ублюдок.

Неужели стесняюсь? Смущаюсь? Краснею?

После всего…

После всего?!

— Дай мне кончить, — буквально выплёвываю ему в лицо.

— Правда, жаждешь этого? — отстраняется, но ненадолго, тыльной стороной ладони проводит по виску. — Как именно?

Начинаю медленно сползать по стене. Ноги меня больше не держат.

О, нет.

— Хочешь, чтобы я прямо сейчас отымел тебя пальцами? — вновь касается меня, нежно ласкает и медленно проникает туда, где пылает пожар. — Или хочешь, чтобы повернул, нагнул, вогнал член на всю длину и отодрал в задницу?

Одна рука продолжает безжалостное истязание, другая неторопливо изучает шею, следует дальше, к судорожно вздымающейся груди.

Пальцы неспешно прокладывают дорожку к животу, а после возвращаются обратно.

Вверх-вниз. Снова и снова. Распаляют, дразнят.

Сжимаются в кулак и прижимаются плотнее, замерзают между рёбрами, буквально впечатывают позвоночник в холодный кафель. Не позволяют упасть.

Wow. (Вау.)

Мягко выражаясь.

Очень-очень мягко выражаясь.

— Дай кончить, — повторяю, напрочь лишаюсь стыда.

— Слишком скучно и предсказуемо, — сетует фон Вейганд и услужливо советует: — Прояви фантазию.

Пофиг приличия.

Он способен разломать меня на части.