Галоша для дальнего плавания

Мебель тоже была никудышная — румынский малогабаритный полированный гарнитур, купленный по большому блату в период раннего покорения целины.

Зато на видном месте стоял очень современный включенный компьютер, на котором светилась яркая заставка популярной компьютерной игры.

По тому печальному вздоху, с которым хозяйка взглянула в сторону компьютера, я поняла, что за его экраном она проводит все свое свободное время.

Впрочем, наверное, лучше играть в компьютерные игры, чем сидеть целый день, уткнувшись в телевизор, пусть даже в дорогую плазменную панель, которую я заметила в углу.

Еще на столе рядом с компьютером стояла хрустальная пепельница, полная окурков, и недопитая рюмка с золотистым финским ликером. Бутылка этого ликера с яркой этикеткой находилась тут же. Еще несколько ярких бутылок с импортным алкоголем стояли за стеклом румынского серванта.

В общем, судя по всему, бабка в отсутствие внука весело проводила время!

Проследив за моим взглядом, она неправильно его истолковала, достала из кармана боксерского халата глянцевую пачку «Парламента» и протянула мне:

— Не курю, — помотала я головой. — Вы же знаете, что Минздрав предупреждает…

— А я курю, — усмехнулась старуха. — И даже выпиваю помаленьку. В моем возрасте лучше жить в свое удовольствие, чем беречь здоровье! Мне уже недолго осталось…

— А что, — вступил в разговор Василий Макарович, — кроме вас с внуком, в этой квартире больше никто не прописан? Вы с ним только вдвоем проживаете?

— Вдвоем, вдвоем, — энергично закивала она. — Никого больше, не сомневайтесь!

— А родители Вадика отдельно живут? — продолжал дядя Вася расспросы.

Я подумала, что он переборщил и бабка сейчас в лучшем случае замкнется, а в худшем выставит нас за дверь. Но дядя Вася наверняка за долгие годы работы в милиции отлично изучил психологию свидетелей и умел находить к ним правильный подход.

Бабке явно хотелось поговорить, и она охотно откликнулась.

Сев за стол, она пригорюнилась и проговорила:

— Не повезло моей Вале… мужик ей никчемный достался… пил он, Николай, не просыхая, по этому делу и помер…

— Кто такая Валя? — строго осведомился дядя Вася. — Кто такой Николай и какое отношение имеет к теме нашего разговора?

— Валя?! — Старуха явно удивилась такому вопросу. — Так дочка же моя Валя! Вадика родная мать!

— А Николай, надо понимать, — его отец? — сообразил Василий Макарович.

— Отец, отец! — закивала старуха. — Только какой же это отец, если от него ни денег, ни воспитания и вообще ничего хорошего!.. А потом вообще помер по пьяному делу. Вадику тогда только пять лет исполнилось…

— А что Валя? — осведомился дядя Вася. — Она тоже отдельно от вас проживает?

— Отдельно, отдельно! — закивала старуха.