За всё надо платить

Мне не нужны люди, готовые чуть что хвататься за пушку. Я не люблю, когда рядом со мной и моими помощниками начинается стрельба.

Денисов встал, поставил пустой стакан на столик и подошел к гостям, которые от натюрморта перешли к следующей картине, написанной в подражание пуантилистам и изображающей финальную сцену из «Алых парусов» Грина.

Денисов открыл записную книжку и нашел в ней нужный ему телефон. Но, протянув руку к телефонной трубке, внезапно испытал что-то вроде неловкости. Вспомнилось лицо Толи Старкова, когда тот просил не трогать Каменскую. И еще вспомнились слова жены о Тарадине: самый обыкновенный хам, тонкие движения души ему недоступны. Что же, выходит, и он, Эдуард Денисов, обыкновенный хам, раз ему недоступны тонкие движения души Старкова. Или все-таки доступны, просто Денисов виду не подает? Может, прав Толя? Не нужно вовлекать в это дело Анастасию?

Глупости, оборвал сам себя Эдуард Петрович, он не хочет от нее ничего противозаконного, просто небольшую помощь, чисто справочного характера. А уж если она сочтет своим долгом сделать больше, он будет ей только благодарен. И если при этом она пойдет на какие-то нарушения, то вины его, Денисова, в этом никакой не будет. В конце концов, когда она в прошлом году попросила о помощи, Денисов ведь не спрашивал ее, насколько законно то частное расследование, которое она затеяла. Он был ее должником и по первому же требованию послал к ней группу своих людей во главе с собственным внебрачным сыном. А сын, выполняя задания Каменской, погиб. Конечно же, Денисов не считал ее непосредственной виновницей, но все-таки… Пусть теперь она чувствует себя его должницей.

Он снял трубку и решительно набрал номер.

На работу Анастасия Каменская пришла в отвратительном настроении. После вчерашнего звонка Эдуарда Петровича Денисова она не спала всю ночь, то и дело выходила на кухню, пила чай, курила, старалась успокоиться, уговаривала себя, что ничего страшного не происходит. И в то же время понимала, что это пустое утешение. Год назад, когда погиб сын Денисова, ее начальник полковник Гордеев сказал, что этот долг она будет отдавать до конца своих дней. Похоже, его слова начали сбываться. Хотя Денисов на первый взгляд не просил ничего особенного.

— Видите ли, Анастасия, — сказал он ей вчера по телефону, — в Австрии убита женщина, которая для меня много значила. Австрийская полиция преступников не нашла, а мне кажется, что они в Москве, и я хочу попытаться своими силами их разыскать. Ведь в этом нет ничего плохого, правда?

— Правда, — осторожно согласилась она.

— В Москву едет человек, у которого есть список подозреваемых, и он должен всех их разыскать и попробовать выяснить, не причастны ли они к убийству.