За всё надо платить

А как, позволь спросить, ты собираешься все это делать? У тебя сколько рук? Десять? Шестнадцать? Или ты рассчитываешь на то, что добрый дядя Колобок освободит всех сотрудников от раскрытия убийств и изнасилований и бросит всех единым фронтом на работу по Мискарьянц и Коченовой? Я хочу услышать от тебя членораздельный ответ — каковы первоначальные цели и задачи, какой ожидается результат и сколько тебе на это нужно времени. И прошу не забывать, что по убийству Горелова сроки все прошли, полностью вырезанная семья художника тоже висит на тебе, насильник-маньяк, на счету которого уже двенадцать жертв, до сих пор не пойман.

— Виктор Алексеевич, речь идет не о Коченовой и не о Мискарьянц, вы же прекрасно это понимаете. Речь идет о конторе…

— И о твоем дружке Денисове, — ехидно вставил полковник.

— Хорошо, и о нем тоже. Мне безразлично, где находится Коченова и кто убил любовницу Денисова, это не те преступления, за которые у меня, как говорится, душа ноет. Может, я безразличная и бездушная, может, я неправильно устроена, но судьба Лилианы Кнепке меня никаким образом не трогает. А вот Карина — совсем другое дело. Карину убила контора, чтобы скрыть какое-то преступление. Или Карину убили по совсем другим причинам, а контора теперь только прилагает усилия к тому, чтобы преступление не было раскрыто. И в том, и в другом случае речь идет о конторе. И важнее этого на сегодняшний день ничего нет.

— Лихо сказано, — хмыкнул Гордеев. — Значит, убийца целой семьи вместе с малыми детьми гуляет на свободе — пусть. Насильник с перевернутыми мозгами шляется по темным улицам — тоже пусть. Вообще все — пусть. Мы должны встать стройными рядами и двинуться на борьбу с невидимой и неведомой конторой. На каком, спрашивается, основании? Будем мстить за то, что два года назад они убили Женю Морозова и сделали инвалидом нашего Ларцева? Или будем их шлепать по попке за то, что они тебя беспокоят телефонными звонками? Я хочу услышать от тебя четко сформулированную цель нашего похода против конторы. И если твоя цель совпадет с моей — будем действовать вместе.

— Виктор Алексеевич, — Настя сделала глубокий вдох и задержала воздух в легких, потом медленно выдохнула, — наш разговор ушел в сторону. Вы хотите услышать от меня, что разработка конторы даст нам возможность свернуть шею Денисову. Посадить его вряд ли удастся, мы с вами не склонны переоценивать свои силы. Но по крайней мере мы сможем сделать так, что он больше никогда не обратится ко мне ни с какими просьбами, даже самыми невинными. Он даже закурить у меня не посмеет попросить. Он вообще забудет мой телефон и мое имя. Вы хотите это услышать? Считайте, что вы это услышали. План разработки я принесу вам через два часа.