За всё надо платить

Нужно было выполнять второе задание шефа — собрать как можно больше сведений о заказчике, Михаиле Владимировиче Шоринове. Виктор подключил все свои связи и теперь сидел и терпеливо ждал, когда начнет поступать информация. А из головы все не шла Каменская. Ее надо во что бы то ни стало вывести из игры. И путей для этого только два. Либо помешать Арсену ее зацепить, либо скомпрометировать в его глазах как человека, неспособного возглавить работу конторы. Какой из этих двух путей выбрать — он еще посмотрит.

К семи часам вечера начали поступать звонки с информацией о Шоринове. Женат, имеет двоих детей. Есть молоденькая любовница, адрес, телефон. В прошлом году оперировался по поводу камней в желчном пузыре. Адрес больницы, фамилия хирурга, делавшего операцию, имена соседей по палате. Виктору сообщили множество сведений, но один звонок заставил его подпрыгнуть в кресле. Такого он никак не ожидал. Это был удар в солнечное сплетение. Арсен утром задал вполне справедливый вопрос: кем должен быть этот Шоринов, если ухитрился перейти дорожку самому Денисову и не боится с ним воевать. Так вот кто он, оказывается… Черт возьми, это сильно осложняет ситуацию!

Почти полдня Настя просидела в Министерстве здравоохранения, собирая сведения о всех международных научных собраниях, где требовались переводчики, и выясняя, откуда эти переводчики брались. Одним из наиболее часто упоминаемых участников таких собраний был медицинский институт, и Настя решила в первую очередь заняться им. Тогда впервые всплыло имя Ольги Решиной, но она оказалась в длинном списке прочих сотрудников мединститута и ничем примечательным в глаза не бросилась.

Прошло несколько дней, прежде чем Ольгу упомянули во второй раз.

— Знаете, года три назад она где-то отыскала совершенно изумительную переводчицу. Синхронный перевод с большим количеством специальных терминов — и ведь эта девушка не сделала ни одной ошибки. Уж не знаю, где Оля ее раскопала, но, когда завкафедрой акушерства и гинекологии ехал в Мюнхен на симпозиум с докладом, он попросил Решину, чтобы та нашла эту переводчицу. Потом такие дифирамбы ей пел! И умница, и красавица. После этого все наши делегации ее с собой брали, а если международная конференция проходила в России, все равно ее приглашали доклады гостей переводить.

— Как ее звали, не припомните?

— Нет, не помню. Вернее, не знаю.

Что ж, Ольга Решина — это уже ниточка. Может быть, она знает, с какими агентствами сотрудничала Тамара. А если очень повезет, то знает каких-нибудь ее друзей или знакомых, которые пока в орбиту поиска не попали. Ведь мать Тамары, как оказалось, совсем ничего не знала о жизни дочери и назвала только двух человек, с которыми Тамара общалась еще в институте.