За всё надо платить

Это она просто испугалась. Ничего, пусть привыкает, что есть вещи, с которыми нужно справляться самой. Вы спрашивайте, пожалуйста, не обращайте внимания.

— Припомните, может быть, Тамара рассказывала вам о своей работе — куда ездила, где переводила. Конференции, симпозиумы и так далее.

— Да, вы знаете, было такое. Я сказала ей, что мой муж — врач-ортопед, ученик самого Илизарова, а она ответила, что видела Илизарова на международном симпозиуме в Новосибирске, там была целая бригада переводчиков из Москвы. Мы, конечно, больше о талантливом медике говорили, знаете, две бабы собрались — так они будут внешность обсуждать, а не научные проблемы.

Андреева легко и заразительно рассмеялась. В это время на пороге комнаты возникла живая белокурая кукла с заплаканным лицом.

— Когда папа придет? — требовательно вопросила кукла.

— Папа придет утром, он дежурит, — Невозмутимо отозвалась хозяйка. — А что случилось? Зачем тебе папа?

— Он меня пожалеет, — сердито заявила кукла по имени Светланка. — Я плачу, плачу, а ты не идешь.

— Хорошо, детка, ты поплачь до утра, а там и папа вернется с дежурства. Иди, пожалуйста, за стол и все доешь. И проследи, чтобы Павлик не трогал кетчуп.

Маневр отвлечения девочки от собственных страданий был проведен ловко и незаметно. Требуемую долю жалости малышка не получила, но зато ей в руки дали оружие, позволяющее осознать собственную значимость, — право контроля над старшим братом, роль маминой помощницы. Она моментально повеселела и вприпрыжку помчалась обратно на кухню с радостным криком:

— Павлик, не смей трогать кетчуп, мама тебе не разрешает!

Тарадин не смог сдержать улыбку.

— Вы опытный педагог, — заметил он. — У вас, наверное, большая практика?

— Огромная, — кивнула женщина. — Я с девятнадцати лет в детском саду работала, а когда стала расти по административной линии, так своих трое появилось. У меня с детьми никогда проблем не было.

— А у Тамары? Вы ведь возили ребятишек, как она с ними общалась?

— Вы знаете, не очень успешно. — Андреева покачала головой. — Было видно, что она детей не любит и общаться с ними не умеет. Она и сама это знала, даже как-то пожаловалась мне, что у нее контакты с детьми не получаются. Ну, не то чтобы пожаловалась, она вообще ни на что не жаловалась, просто заметила, что уже второй раз едет с детской группой, а понимать ребят так и не научилась. В первый раз, кажется, она ездила с гимнастами из детской спортивной школы на какие-то соревнования. По-моему, в Дюссельдорф, если я ничего не путаю.

— О своей личной жизни Тамара ничего не рассказывала? О семье?

— Нет, в этом смысле она была замкнутой, со мной не делилась.

Разговор с сотрудницей Министерства социальной защиты не прошел зря.