Уха из петуха

— Может, разумнее было ему антибиотики уколоть? — усомнился в правильности выбранных лекарственных средств привыкший к традиционной медицине городской житель.

— Ох, Сергей, нельзя Николаю антибиотики. Реакция у него на них. Мы-то уж давно знаем, — серьезно объяснила Лилия Андреевна. — Только вот бабушкиными средствами и лечим его теперь.

— А-а-а, — глубокомысленно протянул мужчина, примеряясь ногой к стремени.

Похоже, слово действительно оказалось Заветным, либо потенциальные коварные планы умная скотина решила воплотить чуть позже, давая шанс господину Никольскому не сверзиться с пьедестала нереальной высоты, на который он умудрился взлететь столь же лихо, как и в седло на глазах семьи Апраксиных.

Сценка парадного выезда казака на войну была лишь немного смазана Тохой, который в последний момент кинулся практически под копыта сердито всхрапнувшего коня с воплем:

— Дядь Сереж, ты этому шельмецу не верь. И смори, чтоб он тебя не скинул. Ежли скинет — бяда. Сразу поскочет у табун в Вязьгино. Неделю потом ловить его там будем.

""Вот тебе за палево"" — хлестанул мальца по мордашке рассекреченный шельмец.

ГЛАВА 23

копчикоушибительная, в которой главный герой ощущает себя практически профессиональным берейтором и знакомится с лесным чудовищем

Сразу за памятной банькой, вильнув резко в сторону от основной дороги, вглубь сизого, пряно пахшего листвой леса вела узкая колейка. Как раз проехать Ниве или телеге. Сергей поерзал в седле, поудобнее устраивая ту часть тела, что при достаточно малой амплитуде неловкого движения могла причинить жуткую боль с далеко идущими последствиями. Буцефал понял телодвижение новоприобретенного Александра Великого как иносказательный приказ идти в атаку на врага и послушно перешел с плавного шага на резвую рысь.

— Тор-мо-з-з-зи-и-и-и-и, тьфу-у-у-ты, тп-п-пру-у-у, — заикаясь и не в такт больно стукаясь копчиком о заднюю часть седла, скомандовал казак.

Но… тут такое дело… как бы так объяснить тому, кто не родился лошадью. Голос наездника мы, лошади, понимаем в принципе. Ну, как понимаем — по интонации — уважают нас или боятся, любят или тупят, нравимся мы или на нас просто хотят покрасоваться… Все остальное нам надо передавать ощущениями. Шенкеля — ускориться, натянутая узда — замедлиться, узда направо — повернуть направо, мешок с гавн… ой, мешок с картофаном сверху — делай что хошь. А тут какой-то, ей Кентавру, когнитивный диссонанс — вроде и Слово знает, и смотрит правильно, и хлеб дал как надо, даже зубов не испугался, а с командами беда — главно, тпры свои бормочет, а поводья не натягивает. Ну-ка, ну-ка, ща проверим, вдруг ему Слово кто свое шепнул и он не настоящий Александр?

Конь остановился.