Песочные часы

— Кто её продал, мразь? — хозяин склонился над ней и встряхнул. — У тебя всего одна попытка, чтобы сохранить свою никчёмную жизнь и заведение. Ну!

— Один норн, я не знаю его имени. Клянусь Вам! — Трувель встала на колени и молитвенно простёрла руки. — Я деньги верну, даже доплачу, мой норн, только не убивайте!

— Шлюху хотела сделать из неё, крыса! Дешёвую шлюху из благопристойной торхи!

Хозяин пнул её ногой и отошёл на несколько шагов, наблюдая, как солдаты выталкивают в гостиную полуодетых мужчин и девушек лёгкого поведения. Последних, в том числе и тех, кто прятался за диванами, скрутили и вытолкали на улицу. Мужчин же выстроили вдоль зеркальной стены под прицелами ружей и арбалетов.

— Зеленоглазка, — хозяин впервые за время разговора обратился ко мне, — кто-нибудь из них к тебе прикасался? Или, может, среди них есть тот, кто причастен к похищению?

Я перехватила испуганный взгляд клиента Дары. Ну да, он меня трогал. Но если я расскажу норну, он его убьёт.

— Зеленоглазка, не бойся, скажи правду, — голос у хозяина был очень нехороший.

Я упорно молчала, не желая стать невольной убийцей. Но тот человек выдал себя сам — взглядами, которые перехватил хозяин.

Нет, норн не застрелил его, подошёл, приставил нож к горлу и заставил признаться во всех грехах. Очевидно, щипок не показался большой провинностью, потому что хозяин ограничился ударом в живот, от которого у бедняги перехватило дыхание.

Воспользовавшись тем, что норн отвлёкся, Трувель попыталась бежать через «чёрный ход». Но солдаты схватили её и швырнули под ноги хозяину.

— Итак, кто её продал? — он взвёл курок, приставив дуло ко лбу белой, как простыня, Трувель.

— Норн. С чёрно-палевыми волосами. Он пришёл, предложил хорошую девочку… У нас пристойное заведение, именитые клиенты есть.

— Без тебя оно станет ещё более пристойным.

Хозяин без всякого сожаления всадил в неё пулю и брезгливо смахнул носовым платком брызги крови с одежды. Равнодушно переступил через труп и велел записать имена посетителей публичного дома. Те с облегчением вздохнули. Получив разрешение одеться, они по очереди подходили к конторке, оставляли на листке свою фамилию и под конвоем солдат поднимались наверх, чтобы привести себя в порядок и стрелой слететь вниз по лестнице.

Хозяин некоторое время наблюдал за ними, а потом подошёл ко мне.

Я непроизвольно вжалась в спинку дивана, готовясь к побоям. Взгляд сам собой сосредоточился на окровавленном прикладе ружья. Сейчас меня тоже ждёт знакомство с этим оружием…

— Зеленоглазка, тебе нехорошо?

Он протянул руку, я рефлекторно закрыла ладонью лицо, казалось, став единым целым с диваном.

Положив ружьё, хозяин сел, отпихнув труп мага, и притянул меня к себе.

— Тише, успокойся, всё позади.