И только пепел внутри…

Кассы искать не пришлось: достаточно было идти на звук монотонно пищащего механизма и стараться это делать так, чтобы не было похоже, что я пытаюсь убежать.

Желание покурить и побыть одному жгло глотку. Усилием воли подавил их обоих, так как бросить Софию, не довезя до дома, было бы странно. У кассы пропустил её вперед, дождался, когда она расплатиться и наполнит пакеты, чтобы самому сделать то же самое.

У выхода из супермаркета подцепил пальцами пакеты, которые она несла, оттягивая руки.

– Мне не тяжело, – попыталась она отобрать их у меня обратно.

– Я вижу, – бросил сдержано и вышел из торгового центра через автоматические двери.

Поток теперь уже не просто холодного, а ледяного ветра швырнул в лицо мокрый, липкий снег и растрепал полы пальто.

В веренице припаркованных машин отыскал свою. Пакеты составил в багажник и устроился за рулем, краем глаза, терпеливо наблюдая за тем, как София непослушными пальцами пристегивала ремень безопасности.

Выехал с парковки и влился в неторопливый поток машин.

Час-пик. Дороги переполнены. Все торопятся попасть домой, но скорость движения автоколонны от этого не растет. Наоборот, она лишь замедляется, пока не встает в мертвой пробке, начало которой не видно из-за впередистоящих автобусов.

Устало вздохнув, откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза. Тишина вокруг разбавлялась лишь приглушенным гудением двигателей машин и звоном в ушах от оглушающей тишины внутри.

Тихий шорох совсем близко заставил открыть глаза и почувствовать лёгкий укол вины. Я совсем забыл, что в машине не один – настолько тихо сидела София.

Глядя прямо перед собой, поочередно сжимала тонкие пальцы рук, пытаясь их согреть, но не подавал виду. Просто, как и я ждала окончания этой поездки, чтобы можно было спокойно выдохнуть и расслабиться в стенах квартиры.

Потянулся рукой к панели и повернул рычаг обогрева салона на максимум. Печка зашумела, набирая обороты, и стала заполнять салон горячим воздухом.

– Спасибо, – прошелестел женский голос без капли иронии. Во мраке салона блеснули глаза, на мгновение заглянувшие мне в лицо. Бледные руки прижались к решетке, из которой выходил горячий поток."

"Прислонился затылком к сиденью и снова прикрыл глаза, сжав кончиками пальцев переносицу. Сладковатый запах женских духов, оживленный теплом, стремительно заполнил салон авто, пробрался в сознание и шевельнул что-то в уставшем мозгу.

Так пахнут её волосы. Отчего-то этот запах въелся мне в подкорку еще в тот день, когда я впервые увидел её в своей кухне и пытался прогнать. Так пахли е волосы, когда она промывала перекисью места укусов и теперь так пахнет весь салон моей машины и, вероятно, я сам.

Шорох одежды и тихий скрежет сиденья мерцал у края сознания.

– Паша, – позвала она меня едва слышно.