Память пепла

Руки вцепились в подлокотники до побелевших костяшек, спина напряжена, а глаза… Глаза смеются!

– Ходила твоего отца проведать, – отчиталась она и решительно уселась к магу на колени. – Знаешь… Что-то он… Как будто сам на себя не похож.

Ричард покачал головой, притянул жену к себе. Поцеловал в макушку. Ника обняла грозного супруга в ответ, и они разом умиротворенно вздохнули.

Камин вспыхнул потрескивая, будто соглашаясь: «Да… Дела. Ну? И что там с нашим императором?»

– Похоже, на отца напали мысли о том, что он ничего хорошего предложить любимой женщине не может, – вдруг ответил Ричард.

– Ты… так думаешь? Это… из-за Наташи?

– Думаю, да. Он привязался к ней. К ребенку. Они подолгу разговаривают. И потом… Заметила, какие спокойные, умиротворенные ходят слуги? У императора почти все время хорошее настроение!

– Ну… раз все так замечательно, тогда в чем же дело?

– Ника, – принц внимательно посмотрел на главного редактора «Имперской правды», – тебе ли не знать?

– Скандал? – Женщина тяжело вздохнула.

Ричард кивнул, бережно пересадил жену в кресло, которое придвинул ближе к огню. Встал, налил вишневой наливки, протянул ей и сам уселся напротив.

– После мятежа герцогини Борнмут, после того, как пост верховного мага отдали Швангау – нарушая все традиции. Роман Брэндона с художницей. Мы с тобой…

Муж снова усадил свое сокровище на колени, словно до конца не мог поверить в то, что у них все получилось.

– То есть Фредерик и Наташа… – вернулась к разговору Ника.

– Сейчас даже признание ее любовницей может вызвать мятеж аристократов.

– Надо просто объяснить ей все. Она разумная женщина. И…

– Понимаешь, – Ричард налил себе гномьего самогона.

Выпил залпом. Она тоже выпила свою порцию вишневой наливки. Сладко. Крепко. Сегодня они точно заслужили. Такой тяжелый день…

– Много лет назад он был вынужден поступить так, как должно. В интересах империи.

Что тут скажешь?.. Ника обняла Ричарда, тишина обняла их обоих, радуясь, что они вместе.

Ни глупые людские правила и традиции, ни обоюдная ревность не смогли разлучить принца и принцессу. Их собственная сказка оказалась со счастливым концом. Во многом благодаря Фредерику Тигверду, который просто не допустил еще одной грустной сказки во вверенной ему империи. Так неужели он сам не заслуживает счастья? Хотя бы… чуть-чуть?

– Эй! Все будет хорошо… Слышишь? – улыбнулась, потерлась щекой об отросшую щетину и завлекающе сказала: – Мурк?

– Мурк, – строго согласился Ричард Тигверд.

– Слушай, ты мне завтра составишь компанию, а? – и Вероника уставилась в черные глаза, которые перестали мерцать пламенем и приобрели мечтательное выражение.

– Почему завтра? Я тебе сейчас ее составлю…

– Погоди! Я завтра хочу попасть на остров.