Отрок. Перелом

Арина отошла в сторону – Алексей, конечно, не лекарь, но воин, и наверняка знает, что в подобных случаях делать, тут она уже не нужна, и без нее обойдутся. А вот те, кто был в подклете, в помощи явно нуждались. Высокая статная баба, похожая на Татьяну, но заметно старше, с все еще красивым лицом, выглянула из двери подклета, увидела Арину, удовлетворенно кивнула, дескать, тебя-то мне и надо, крикнула, перекрывая голосом нестройный хор причитаний: «Воды принеси», – и скрылась обратно. Арина подхватила бадейку с водой, принесенную кем-то из отроков, и поспешила вслед за бабой, в которой узнала старшую сестру Татьяны – Вею.

– Принесла? Ага, давай сюда, сейчас кровь смою, посмотрим, что с ней такое, – Вея склонилась над сидящей прямо на земляном полу молодкой. Та негромко и монотонно выла, закрывая руками лицо, а между пальцами у нее сочилась кровь. – Руки убери, кому говорю! Ну вот, ничего страшного. Подумаешь, лоб рассек, под повоем и не увидит никто.

– Да не скули ты, глаз цел, будет тебе чем Лавру подмигивать, – продолжала между тем Вея в полный голос. – Только сперва договорись с Варой да Первухой, чтоб друг другу не мешать. А не то косы друг другу повырываете – чем его заманивать будете? Ишь, удумали! Нашли что делить! Чужого мужа… – и сказала, что именно, да не шибко постеснявшись назвать своим именем. Арина даже губу закусила, чтобы не рассмеяться. – Смотрите, портки ему не порвите, пока делите! А ну стоять, кому сказано! – цыкнула она на молодуху, попытавшуюся было проскользнуть мимо нее к выходу. – Успеешь еще Дарене поплакаться, меня сперва послушай. Нечего кривиться, я вам, курам безмозглым, давно говорила – дождетесь!

Вы хоть понимаете, дурехи, что против воли самого Хозяина Леса пошли?! – Вея внезапно понизила голос до шепота, который в полутьме подклета звучал почти зловеще.

А сестра Татьяны, выйдя из подклета, теперь отчитывала, опять во весь голос, одну из баб постарше, которая попыталась было заступиться за пострадавших молодух.

– Не Демьян сказился, а дуры эти! Да и вы с Дареной не лучше! Кто их надоумил, что не ваше вас касаемо? Не вы ли нос суете, куда не просят? Всполошились, как куры, к которым хорек залез, чужое добро считаете, будто вас спрашивают, – презрительно фыркнула Вея.