Отрок. Перелом

И то ли недостаточно показалось ему, то ли, возмущенный столь вопиющей сыновьей непокорностью, на этом не успокоился – вошел, что называется, в раж. Шипя сквозь зубы какие-то ругательства, он оглянулся, увидел возле двери подклета выпавший у Демки из рук кнут, подобрал его и размахнулся… Арина тихо охнула – в запале таким ударом до кости может рассечь и спину перебить. Не убьет, так покалечит. И ведь поперек отца не встрянешь – его воля.

Но, по счастью, страшного удара за этим замахом не последовало, хотя и не сам Лавр руку остановил.

Кнут на своем пути встретился с попавшей под него жердью, выставленной хитро – не под конец (такой удар и оглоблю мог бы переломить), а под середину, так что кнут просто намотался на деревяшку. Оказалось, Листвяна вмешалась, не побоялась противостоять взбешенному мужу. Лавр дернул кнут, вырвал жердь из рук ключницы, ругаясь сквозь зубы, попробовал распутать, а Листвяна в это время странным, поразительно убедительным голосом быстро говорила, словно читала молитву или наговор:

– Убьешь же! Сам себя потом проклянешь! Семя твое. Кровь и плоть твоя. Покоя до смерти тебе не будет. Остановись, пока не поздно! Убьешь – не жизнь тебе дальше будет, мучение и проклятие. Остановись!

То ли слова эти подействовали, то ли Лавр сам опомнился – швырнул себе под ноги кнут, гаркнул ругательно: «А, бабы… чтоб вас всех!» – развернулся и ушел в сторону кузни. Листвяна склонилась над все еще судорожно хватающим ртом воздух Демьяном, покосилась на Арину, криво усмехнулась и спросила:

– Что, не ожидала такого? Ну, ничего – обвыкнешь. С такими мужами и не тому научишься…

Арина кивнула Листе, поспешно подошла и присела рядом с ней возле Демки.

– Поднять его надо. Давай помогай, – озабоченно сказала она вместо ответа. – Демушка, ты не лежи, подняться-то попробуй. Расслабься, руки опусти… вот так. Дыши теперь потихонечку…

Они вдвоем с Листвяной подняли мальчишку на ноги. Арина обхватила его сзади, сцепив руки замком под грудью, попыталась встряхнуть.

– Надо же, знаешь, что делать! – усмехнулась Листя, придерживая парня.

Откуда-то прибежала Татьяна, запричитала, попыталась упасть сыну на грудь, но Листвяна вовремя успела перехватить ее и повела в избу, что-то тихонько приговаривая.

Возле Арины с Демкой сгрудились охающие бабы, но, растолкав их, подоспел Алексей с отроками:

Парень только промычал что-то и кивнул, жадно втягивая в себя воздух – судя по всему, дышать ему стало заметно легче.

– Иди, мы уж сами тут, – Алексей отстранил Арину, встряхнул еще раз Демку, окончательно восстанавливая ему дыхание, и прикрикнул на причитавших вокруг баб:

– Цыц, вороны! Ничего страшного, оклемался уже.