Реквием по любви. Грехи отцов

— Мы… никогда прежде не разлучались! Это… не может быть правдой. Этого не может происходить с нами! Это какой-то дурной сон. Я… я… не хочу! Я не смогу без тебя! Я…

Поддавшись порыву, Лиза крепко обняла ее, вынуждая резко замолчать.

И выдохнуть. В ответ подруга тихонько всхлипнула и прильнула к ней так плотно, что теперь обе они ощущали вконец остервенелое сердцебиение друг друга. И обоюдную предательскую дрожь во всем теле.

— Мне тоже страшно, — призналась Лиза тихим шепотом. — Но одно я знаю наверняка: никто и никогда не разлучит нас, если мы сами этого не захотим! То, что происходит сейчас – вынужденная мера. Временная. В конечном итоге все у нас будет хорошо. Слышишь?

Алмазова смиренно кивнула. А спустя секунду так же тихо произнесла:

— Ты будто прощаешься со мной!

— Не говори ерунды!

— При одной лишь мысли об этом кровь в венах стынет…

— Вот и не забивай голову подобными мыслями.

— Лиза?

— М-м-м?

— Поклянись, что вернешься!

— Ну сама подумай, куда я денусь?

— Вообще-то, у тебя много вариантов!

— Соня… я клянусь!

Лишь после этих слов она немного успокоилась. Расслабилась.

И даже улыбнулась сквозь слезы. А потом отстранилась, насухо вытерла свое лицо, схватила Лизу под локоть и решительно поволокла вперед со словами:

— Идем! Хочу поскорее оказаться рядом с хозяином моих оргазмов!

— Господи, Соня! — шикнула на нее Лиза, смутившись до крайности. Ибо мужская компания за их спинами никуда не исчезла. Просто временно остановилась в паре метров от них. — Ты чего? Мы же не одни!

— Ой, я тебя умоляю! — возвела очи к небу подруга. — Все и так это знают!"

"Следующие десять минут пролетели незаметно. Девушки болтали обо всем и одновременно ни о чем. Погода стояла потрясающая. А прогулка на свежем воздухе отлично бодрила и поднимала настроение. Они удалились от деревни более чем на полтора километра и были теперь фактически наедине с природой. В какой-то момент, выбившись из сил, Алмазова начала канючить и ругать Алексея за медлительность. Так продолжалось до тех пор, пока на горизонте не появился черный автомобиль. Однако, чем меньше расстояния оставалось между ними и транспортным средством, тем яснее становилось – это не внедорожник Гордеева. Навстречу им мчался кто-то другой. И мчался очень быстро. Заметив это, Даня решил перестраховаться.

— Так, красавицы! — велел строго. — Встаньте-ка вы за нас! На всякий случай…

Одобрили его идею и Григорий, и Валентин. Мужчины фактически отгородили их с Соней от дороги собственными телами. Завидев их развеселую компанию, водитель автомобиля сбавил скорость. А поравнявшись с ними, и вовсе остановился, опуская стекло со своей стороны.

— Ба, какие люди! — в воцарившейся тишине громовыми раскатами прозвучал его голос. Прокуренный. Скрипучий.