Отбор не приговор

 — По меньшей мере, ты досконально изучала то, что тебе было интересно.

— Да. А сейчас мне понадобилось то, что не было интересным.

— Расскажешь? — заинтересовалась Лима.

— Потом, — отмахнулась Лотанари. — Давай так, ты замешиваешь отраву, а я вспоминаю лекции. И, на всякий случай, прихватим с собой лопату. Надрубить корни куста, чтобы полить яд сразу проник куда надо.

— Это даст поющему дереву еще один шанс, — согласилась Лимаатрис и задумчиво добавила, — я вот не понимаю, как эльфы выжили. Они ведь сразу узнали кустик, сразу поняли, что будет. Это хорошо, что Эйтин оказалась истеричкой и примчалась выяснять отношения. А если бы нет? Что мешало белой леди как-то иначе завершить обряд? Все бы все прекрасно поняли.

— Не знаю, — пожала плечами Лота. — Странно себя чувствую, вот вроде виновата, а вроде и нет. Кто мог подумать, что такой красивый куст может быть так опасен?! Ладно, я буду в спальне.

— Хочешь использовать наведенный сон?

— Да, хочу во сне вновь посетить замечательные лекции профессора Гогрель. Выведи меня через пару часов, как раз все уснут и можно будет рискнуть.

— Выйдем через окно, — кивнула Лима. — Я превращусь и ты нас обеих левитируешь вниз. Главное, отпрыгни подальше, мало ли на террасе сигналка на чары левитации.

Для Лоты наведенный сон в свое время стал настоящим спасением. Конечно, до поступления в Академию у принцессы были лучшие учителя. Вот только леди Шан Нейрин была единственной ученицей и привыкла к тому, что если она чего-то не понимает, то наставник раз за разом повторяет материал. В Академии же все было совершенно иначе — профессора читали лекции, отвечали на некоторые вопросы и на этом все. Если студент чего-то не понимал, его ждала библиотека. А потому, промучившись весь первый курс, на каникулах Лотанари заставила придворного мага научить ее наводить сон. Вернее, вытаскивать воспоминания и просматривать их во время медитации.

Лимаатрис всегда веселилась, когда подруга использовала наведенный сон. Ведь при слове «медитация» в голове сам собой возникает четкий образ — плетеный коврик, несколько свечений и сидящий на оном коврике человек. Принцесса же укладывалась в постель, поворачивалась на бок и спокойно закрывала глаза. Она предпочитала из наведенного сна переходить в обычный, чтобы разум мог отдохнуть. Все-таки у леди Шан Нейрин не было особых талантов в области ментальной магии.

«Весь мой дар, это умение поладить с любым зверем», вздохнула Лота и откинула одеяло, «Вот только за всю жизнь у меня не было ни единого домашнего питомца. Может, дар уже и засох от неиспользованности».

Прикрыв глаза, Лотанари призвала воспоминания о профессоре Гогрель. Сосредоточилась и соскользнула в наведенный сон.