Море Осколков

 — Где Анкран?

Ярви замялся, соображая, как сообщить ей печальную весть, какие слова подобрать…

— Мертв, — просто рубанул Ральф.

— Прости, — добавил Ярви. — Он погиб, спасая мне жизнь, и, даже как по мне, прогадал с этим обменом. Но вы свободны.

— Свободны? — пробормотала она.

— А я не хочу свободу. Я хочу быть под защитой.

Ярви растерянно замигал, а потом его рот перекосило печальной улыбкой. Он и сам никогда не хотел большего.

— Что ж, полагаю, служанка мне не помешает, коли ты готова к такой работе.

— Всегда только ею и занималась, — ответила та.

Ярви остановился у кузнечной лавки и подкинул на козлы, где был выложен инструмент корабельщика, монету. Одну из первых монет нового сорта — ровный кружок с выбитым на одной стороне суровым ликом его матери.

— Раскуйте им ошейники, — велел он.

Семейство Анкрана не благодарило его за свободу, но звон молота по зубилу был для Ярви достаточной благодарностью. Ральф наблюдал за работой, поставив ногу на низкую оградку и сложив на колене руки.

— Слабовато разбираюсь я в вопросах добродетели.

— Кто бы в них разбирался.

— Но это, по-моему, добрый поступок.

— Никому не рассказывай, а то меня уважать перестанут. — Какая-то старуха на том конце площади сверлила Ярви ненавидящим взглядом. Он помахал в ответ и улыбнулся — и та торопливо поковыляла прочь, бормоча под нос. — Кажись, я стал нашим местным злодеем.

— Если жизнь меня чему и научила, так это тому, что злодеев нет. Есть только люди, старающиеся сделать как лучше.

— Мое как лучше навлекло одни беды.

— Все могло выйти гораздо хуже, — Ральф свернул трубочкой язык и сплюнул. — Вдобавок ты молод. Старайся еще. Глядишь, по новой получится поприличнее.

Ярви с интересом сощурился на старого воина:

— Где это ты понабрался мудрости?

— А я всегда был необычайно зорким, просто тебя слепило сияние собственного ума.

— Порок всех королей. Надеюсь, я вполне молод, чтобы успеть научиться и скромности.

— Кому-то из нас скромность не повредит.

— А ты чему посвятишь свои преклонные годы? — спросил Ярви.

— Намедни, по случаю, великий владыка Атиль предложил мне местечко в своей личной страже.

— Потянуло запашком почестей! Ну ты как, согласился?

— Я сказал ему — нет.

— Почести — приманка для дураков. А во мне зудит чувство, что Атиль из тех хозяев, чьи слуги постоянно будут идти в расход.

— Ты на глазах все мудрее и мудрее.

— Еще недавно мне казалось, что моя жизнь кончена, но раз она началась опять, нет смысла стремиться ее укорачивать. — Ярви покосился на него и увидел, как Ральф косится в ответ.