Иван Опалин

Она вздохнула, сняла туфли, поставила их возле двери, одернула платье и села на единственный стул, который имелся в комнате. — Слушайте, я ничего не собираюсь скрывать. Ну, встречалась я с Алексеем Константиновичем…

— Вы одна здесь живете? — спросил Опалин.

— Одна. Вам уже сказали, да? — Она заерзала на месте. — Ну, устроил он мне эту комнату. В прежней-то мы ютились… сколько? Семь человек? Я, отец, мать, брат с женой и ребенком, сестра с ребенком… — Говоря, она загибала пальцы. — Нет, восемь. Брат все пытался меня на жалость взять, как узнал, что Алексей мне комнату выхлопотал: мол, ему с семьей нужнее. Обойдется.

— А как именно Колосков выхлопотал комнату? Каким образом?

— Ну, я не знаю каким… Кажется, ему Склянский помог. Но это тот еще помощник. Наобещал с три короба, мол, вам будет удобно, комната просторная, соседи хорошие… Ага. Соседи — сволочи, ну а простор — сам видишь какой. Я, конечно, говорила Алексею — ведь так же нельзя. Надо отдельную квартиру иметь, чтобы никто нам не мешал. Он сначала ныл, что не сможет, я слишком многого хочу… Но потом сам загорелся, стал искать варианты. Я же многого не просила. Мне бы хоть крошечную квартирку, самую завалящую, но чтобы только моя была…

— И что же он надумал?

— Ну, если есть деньги, жилье можно купить. Но это дорого, а Алексей… он, конечно, себе на уме и хорошо получал, только дороже шубы он бы ничего мне покупать не стал. Будь он один, конечно, стал бы, — добавила Ванда, и в глазах ее появился металлический блеск. — Но у него семья, и он ею дорожит. Они в Гражданскую войну натерпелись, спаслись только тем, что он продукты воровал, а то бы сдохли от голода…

— Всем было тяжело, — сказал Опалин.

— Нет, не всем, — тотчас возразила Ванда. — Некоторые очень даже хорошо жили… Я что-то хотела сказать, ты меня сбил.

— Мы про квартиру начали, — напомнил Иван.

— А, ну да. — Ванда незаметно почесала одну ногу в чулке другой. Ножки у нее были на загляденье. — В общем, Алексей придумал, что устроит меня на работу, а там через газету выбьет мне квартиру. Я, знаешь, работать не особо рвалась…

""Ну кто бы сомневался"".

— …но он уже все продумал. Хотел выставить одного белого, который у них служил…

— Какого белого? Басаргина?

— О, ты уже все знаешь. Да, его.

Черт возьми. Никак, ну никак нельзя было выключать Максима Александровича из числа подозреваемых.

— Короче, Алексей собирался уволить Басаргина, меня определить на его место, а потом, значит, сделать мне квартиру. Тут лето, отпуск, его жена стала приставать с отдыхом. Он не особо хотел ехать, но в конце концов согласился. Стал уговаривать меня, чтобы я тоже поехала — я ни в какую.

— Почему? — необдуманно спросил Опалин.

— Потому.