Иван Опалин

Жена из него веревки вила. Кстати, ребенок, который будто его, на самом деле от шофера.

Тут, признаться, Опалин прикипел к месту:

— Это кто тебе сказал?

— Сама догадалась. Видела их как-то, всех вместе. Жена все головой в сторону шофера вертела, и ребенок на него похож. Удачно она овдовела, теперь этот дурак ей мешать не будет. Может даже снова замуж выйти. Везет же некоторым…

— А почему Колосков не любил Склянского?

— Потому. Склянский важничать любил. Сделает что-нибудь и потом ведет себя так, словно ты по гроб жизни ему должен. Вон, о комнатке моей так говорил, словно мне отдельный особняк выделили. А это же клетушка.

— Колосков много зарабатывал?

У Ванды вырвался смешок.

— Если бы мало, я бы в его сторону и не посмотрела.

— Он тебе признавался, сколько украл в газете?

— Он не крал. Ему сами деньги давали.

— За что?

— За многое. Ну, там, срочную рекламу вне очереди поставить или скидку выбить, если ее много. Еще он мог сделать рекламу получше, чтобы все побежали покупать, и похуже. За ""получше"" тоже приплачивали отдельно.

— И как это проводили по документам? У Колоскова наверняка был сообщник в редакции.

— Да нормально проводили. По бумагам все чисто. Платили-то ему лично, по договоренности.

— Он когда-нибудь обманывал заказчиков?

— Никогда. Потому ему и платили без проблем. Знали: если взялся, то обязательно сделает. Он еще смеялся — чтобы успешно взятки брать, надо иметь репутацию лучше, чем у какого-нибудь честного человека.

— То, чем он занимался, — не выдержал Опалин, — это мошенничество с использованием служебного положения.

— Правда? — Ванда колюче прищурилась. — А ты докажи. Только я сразу предупреждаю: если дойдет до суда, я от всех своих показаний откажусь.

— В семье знали о его делах?

— Конечно, знали. Он жене украшения покупал, дочку водил к Ламановой[74], платья шить. Сын тоже ни в чем не знал отказа. Хочешь в шахматы научиться — вот тебе шахматы, и учебники, и преподаватель. Всё они прекрасно понимали, только делали вид, что это их не касается. Они на нем ездили, привыкли, что он их обеспечивает. А он тоже, знаешь ли, человек, ему внимания хотелось…

И в поисках внимания он забрел к тебе в постель, мысленно договорил Опалин. Ну-ну.

— Когда ты узнала, что он исчез, что подумала?

— Я решила, что с ним несчастный случай произошел. Звонила в больницы, в милицию, даже к вам в угрозыск. Что с ним стало, не знаю, но мне кажется, что его нет в живых.

— У него был кто-то, кроме тебя?"

"— Ты за кого меня принимаешь? Конечно, не было. Мне и одной едва хватало. Стала бы я еще с кем-то делиться!

Ее рот недобро кривился, серые глаза потемнели. В мгновение ока она из очаровательной девушки преобразилась в торгующую собой хабалку, которая ни за что не упустит своей выгоды.