Иван Опалин

— Глупо, конечно, — пробормотала Ксения Александровна, щелкая зажигалкой (не используя спичку, как подавляющее большинство курящих москвичей). — А вы умеете работать. — Она заставила себя улыбнуться. — Это хорошо, но вы не там ищете. Я совершенно точно знаю, что Ванда не уезжала из Москвы.

Значит, любовницу Колоскова зовут Ванда. Полячка, вероятно, хотя возможны варианты. Имя — только полдела, вот человек, который его носит, — это все.

— Вы были у нее дома?

— Нет, — холодно ответила хозяйка, возвращаясь на свое место. Дым папиросы причудливой сизой лентой волочился за ней по комнате. — Я звонила ей и бросала трубку. Но отвечала мне она, можете не сомневаться.

— Ее телефон?

— 3-99-47. Она живет в Дегтярном переулке. Второй дом.

— Откуда вы все это знаете? Строго между нами, не для протокола.

Ксения Александровна усмехнулась:

— Алеша считал себя очень умным.

Вот как. Только что он был Алексей и вот пожалуйста — уже Алеша.

— Но я слишком хорошо его знала, — резко закончила хозяйка дома. — Мы прожили вместе 22 года. Я вышла замуж в 17 лет… Но как бы хорошо вы ни жили, всегда найдется кто-то, кто захочет влезть между вами.

Она застыла с папиросой в руке и, кривя рот, добавила:

— Конечно, она моложе меня…

— Чем она занимается? — спросил Опалин.

Собеседница метнула взгляд, сверкнувший ненавистью — не к нему, а к предмету разговора, иначе, по правде говоря, гость почувствовал бы себя очень неуютно.

— Она шлюха, — резко сказала Ксения Александровна. — Чем она может заниматься? Лежит на спине и ноги раздвигает.

— Он ей платил?

— Так это смысл ее существования. Конечно, он тратил на нее деньги. Покупал ей мебель, украшения. В театры водил, в рестораны. На такси катал.

— Вы так и не сказали, откуда все это знаете. Вы за ним следили?

— Нет. Он бы заметил. Надя наводила справки — по моей просьбе.

— Ваша домработница?

— Она моя двоюродная сестра. Я стараюсь не пускать в дом посторонних. — Ксения Александровна сухо улыбнулась. — Если уж брать кого-то к себе, то только того, в ком ты уверен.

— А в Наде вы уверены?

— Да. Абсолютно.

Она ни секунды не колебалась с ответом. Опалин почесал подбородок. По показаниям домработницы, 15 августа она помогла хозяину уложить чемоданы и отправилась в кино. Когда она вернулась, чемоданы были в квартире, а Колосков исчез. Она решила, что он куда-то отлучился, но когда он не вернулся на следующий день — а поезд меж тем уже ушел, — дала хозяйке длинную телеграмму, которая, конечно, пришла в перевранном виде. Какое-то время ушло на обмен телеграммами, и, когда ситуация прояснилась, Ксения Александровна встревожилась и засобиралась в Москву, но возник вопрос, на кого оставлять детей.