Иван Опалин

Просто я не могу поверить, — задумчиво прибавил капитан, — чтобы вас устраивала работа в балетной канцелярии какого-то нафталинового театра, те немногие деньги, которые вы получаете, случайные поклонники, которые ниже вашего уровня… Я уж не говорю о коммуналке, где вам приходится мириться с такими людьми, как Ямщикова. Я прав?

Маша насупилась. Интуитивно она чувствовала ловушку, но не могла понять, в чем именно та заключается.

— Конечно, я… Ну да, мне бы многого хотелось, — призналась она, криво усмехнувшись. — Вырваться из коммуналки, не считать копейки, и… шубу хотелось бы… хорошую… и еще много чего… Духи французские…

— И все? Больше ничего?

Маша вскинула голову.

— Ну, если уж вам так интересно… Мне хочется жизнь прожить так, чтобы она что-то значила, человеком себя почувствовать, а не винтиком… И вы правы, канцелярия мне осточертела, и даже не из-за денег, а потому что это… это же тупик… Никакого выхода, никуда не продвинешься… Сиди и стучи на машинке, пока не околеешь… Каждый день одно и то же…

Ее не отпускало ощущение иррациональности происходящего. Всегда, с самого детства, она понимала, что они с матерью ходят по лезвию ножа, и когда правда о них вскроется, пощады им не будет. Воображение рисовало разные ужасы — но, хотя ее только что разоблачили, никто на нее не кричал, не поднимал руку, и более того — странный капитан оказался первым человеком, который спросил, о чем, черт побери, она мечтает. До того никто, ни одна живая душа не догадалась задать ей такой вопрос. Мужчины либо влюблялись в нее и предлагали идти в загс, либо пользовались ею без всякого загса, а о женщинах и говорить нечего — они были завистливы, склочны, мелочны, и общение с ними неизменно нагоняло на Машу адскую тоску. Подруг у нее никогда не было."

"— И все-таки вы не любите советскую власть, — вздохнул капитан. Маша напряглась. — По-вашему, именно она виновата в том, что вы оказались в коммуналке и вынуждены трудиться. Уверен, вы не раз и не два думали, что, если бы не революция, вам бы жилось куда лучше. Но если бы вы оглянулись вокруг, вы бы поняли, что и при советской власти можно жить хорошо. Шубы, духи и даже квартира — пустяки, мы вам все устроим, и жизнь ваша переменится, хоть и не сразу. Но взамен — взамен вам придется доказать, что вы на нашей стороне. И я вас сразу же предупреждаю: легко не будет.

«К чему он ведет? — думала пораженная Маша. — Он куда-то меня заманивает… Театр? Что-то не так в театре? Нет, тут что-то посерьезнее…»

— Я бы хотела понять, что именно от меня требуется, — осторожно проговорила она.

— Пока ничего. — Капитан Смирнов усмехнулся. — Мы вам еще не вполне доверяем — как, впрочем, и вы нам, и это вполне естественно. Вы должны доказать, что мы можем на вас положиться.