Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

Но если мы не попытаемся…"

"— …то умрем все, — закончил Нико. Он к своему лимонаду не прикоснулся. — Миссис Джексон, у нас нет ни одного шанса — мы бессильны, если начнется вторжение. А оно начнется.

— Вторжение в Нью-Йорк? — спросил Пол. — Неужели такое возможно? Как это может быть, что мы даже не видим… этих монстров?

Он произнес последнее слово так, словно не верил, что все это по-настоящему.

— Не знаю, — вздохнул я. — Я не представляю, как это Кронос мог бы взять и прийти на Манхэттен, но Туман силен. Тифон в этот самый момент продвигается на запад, а смертные думают, что это буря.

— Миссис Джексон, — настаивал Нико, — Перси нужно ваше благословение. Процесс должен начаться с вашего благословения. Я не был в этом уверен, пока мы не встретились с матерью Луки, но теперь у меня нет сомнений. Прежде такое только два раза заканчивалось успешно. И в обоих случаях матерям приходилось давать благословение. Она должна согласиться на то, что ее сын подвергнется риску.

— Ты хочешь, чтобы я благословила это? — Мама покачала головой. — Это безумие. Перси, прошу тебя…

— Мам, без тебя я не смогу это сделать!

— И если ты переживешь этот… этот процесс?..

— …то отправлюсь сражаться. Я против Кроноса. И в живых из нас останется только один.

Я не стал рассказывать ей про остальную часть пророчества — о том, что моя душа будет забрана, и о конце моих дней. Ей не обязательно было знать, что я, вероятно, обречен. Я мог только надеяться, что, перед тем как умереть, остановлю Кроноса и спасу остальной мир.

— Ты мой сын, — с убитым видом проговорила мама. — Я не могу взять и…

Я видел: чтобы добиться ее согласия, нужно надавить на нее еще, но не хотел это делать. Я помнил несчастную миссис Кастеллан, которая ждет у себя на кухне возвращения сына. И я понял, как мне повезло. Моя мама всегда была рядом, всегда старалась облегчить мне жизнь, невзирая на всех богов и чудовищ. Она примирилась с моими бесконечными приключениями, но теперь я просил ее благословения на то, что вполне могло меня убить.

Я встретился взглядом с Полом, и между нами проскочила искра взаимопонимания.

— Салли. — Он прикоснулся к руке матери. — Я не могу сказать, будто знаю, что там происходило между тобой и Перси все эти годы. Но мне кажется… кажется, что Перси хочет совершить что-то благородное. Жаль, что мне не хватает смелости на такие вещи.

У меня комок подступил к горлу. Не часто приходилось мне слышать подобные слова в свой адрес!

Мама уставилась в свой стакан с лимонадом. Вид у нее был такой, будто она вот-вот заплачет. Я вспомнил, что говорила Гестия о том, как это трудно — уступать, и подумал: наверно, мама сейчас как раз осознает эту истину.

— Перси, — сказала она, — я даю тебе мое благословение.

Я не почувствовал никаких изменений.