Совдетство. Школьные окна

– Юра, у тебя остается последняя возможность, – воспользовавшись его отсутствием, предупредит бывший директор. – Одумайся!

– Не могу… – отвечу я, всхлипывая.

– Пойми, ты выгораживаешь своих мнимых дружков, втянувших тебя в грязные дела, а на тебя им наплевать, они отпетые хулиганы и в любом случае плохо кончат. А ты, хорошист, общественник, будущий художник, мальчик, читающий взрослую книжку про Делакруа, навек очернишь свою репутацию! Ты хочешь вступить в комсомол?

– Сознайся и назови соучастников!

– Меня все равно теперь уже не примут…

Тут вернется Антонов, на ходу записывая что-то в книжечку.

– Поехали, Полуяков! Не думал, что снова повезу тебя на мотоцикле, но теперь уже как задержанного…

– Иван Григорьевич, а что ему за это будет? – спросит сердобольная Вика.

– Ну, ущерб незначительный…

– Там еще стекло в девчачьей уборной вдребезги! – наябедничает Костя.

– Я это учитываю. Хулиганство мелкое, но неприятности подростка ожидают крупные.

– Долго его продержат в КПЗ? – уточнит Вера Семеновна. – Я, как адвокат, хочу вас предупредить…

– Не волнуйтесь – мы закон знаем. Вызовем родителей… Бедная Лидия Ильинична! Снимем показания, оформим протокол. Дальше пусть семья, школа и общественность решают, что с ним делать.

И меня уведут, а неприятности ждать себя не заставят. Моментально созовут сбор отряда с единственным вопросом в повестке: «О недостойном поведении ученика 7 “Б” класса Полуякова Ю.». О, это будет день моего краха и позора. Ирина Анатольевна демонстративно сядет за последнюю парту, как бы отстраняясь от происходящего, мол, ваш товарищ – решайте сами. Вообще-то, сбор должен вести председатель совета отряда, но поскольку на скамью подсудимых угодил он сам собственной персоной, на помощь позовут Витю Головачева, старшего вожатого, он, в прошлом любимый ученик Ипатова, сменил на посту чудного Славика Булыгина, позарившегося на чужие медали. Возможно для внушительности притащат еще Ленку Филимонову из 7 «А», председательшу совета дружины, отличницу с таким же обреченным лицом, как у девочки на плакате «Осторожно, гепатит!» в детской поликлинике.

В совет отряда у нас входят Гапоненко, Козлова, Калгашников и Короткова. Они вместе с Филимоновой и Головачевым рассядутся вокруг учительского стола, образуя президиум. Со второго этажа из актового зала принесут дополнительные стулья. Один специально для меня в стороне, чтобы я сидел лицом к коллективу, который я опозорил. Заседание, хмурясь, откроет Витя. Он помнется, скажет что-то про кворум, предложит утвердить повестку, обрисует ситуацию, налегая на негодование педагогического коллектива, чье доверие страшно обмануто, потом предложит поднимать руки и высказываться.