Охотник за тенью

Нам пристало только повиноваться», – повторил он слова, которые не раз произносил Клементе. – Но на этот раз я спрошу и добьюсь ответа. – Он схватил за грудки человека, которого всегда считал другом; человека, который, когда он, потеряв память, валялся на больничной койке, вернул ему воспоминания и имя; человека, которому он всегда доверял, и прижал его к стене. Он сам удивился такому своему движению, Маркус не считал себя способным на это, но уже переступил черту и не мог остановиться. – За все эти годы, штудируя человеческие грехи, собранные в архиве пенитенциариев, я научился распознавать зло, но усвоил также, что каждый из нас виновен и для прощения недостаточно осознания вины. Рано или поздно придется платить по счетам. И я не хочу отвечать за чужие грехи. Кто они – те, кто решает за меня? Кто эти прелаты, контролирующие мою жизнь? Где этот «высший уровень»? Я хочу знать!

– Прошу тебя, отпусти.

– Я вручил им свою жизнь, я имею право!

– Я не существую; я смирился с тем, что я невидим; я отказался от всего. И теперь ты скажешь мне, кто…

Эти слова вырвались у Клементе невольно, в них звучало отчаяние, но также и тоска. Маркус пристально вгляделся. Взгляд у друга был ясный: он говорил искренне. Это тягостное признание, это «я не знаю», невольно вырвавшееся в ответ на неистовые вопросы, разверзло между ними бездну. Маркус мог ожидать чего угодно, даже того, что приказы для него передает папа собственной персоной. Но только не этого.

– Распоряжения поступают ко мне на голосовую почту, точно так, как я передаю их тебе. Всегда тот же голос, но больше я ничего не знаю.

Маркус, смертельно бледный, отпустил его:

– Как это возможно? Ты научил меня всему, что я знаю, открыл мне тайны ордена, помог постичь мою миссию. Я думал, у тебя большой опыт…

Клементе сел за стол, обхватил голову руками:

– Я был сельским священником в Португалии. Однажды пришло письмо. На нем стояла печать Ватикана: я обязан был выполнить все, что требовалось от меня. Внутри находились инструкции: нужно найти человека, лежащего в больнице в Праге и потерявшего память, и передать ему два конверта. В одном – фальшивый паспорт и деньги, чтобы начать жизнь с нуля, во втором – билет на поезд до Рима. Если он выберет второй, я получу дальнейшие указания.

– Каждый раз, когда ты учил меня чему-то новому…

– …я сам только что это узнавал. – Клементе вздохнул. – Я так и не понял, почему выбор пал на меня. Я не блещу особыми дарованиями, у меня нет никаких амбиций, я не стремлюсь сделать карьеру. Я был счастлив в моем приходе, с моей паствой. Крестил, венчал, каждый день совершал литургию. И вот пришлось все бросить. – Он поднял взгляд на Маркуса. – Я скучаю по своей прежней жизни. Я тоже одинок.

Пенитенциарий не мог поверить.