Оцепеневшие

Мы выпиваем по бокалу, затем опрокидываем по второму.

Закуриваю.

– Ты много куришь.

Я не отвечаю.

Соня зовет в комнату, сейчас будет трансляция матча с ее любимой командой. Шла бы она. Я должен следить. Сидеть и не спускать глаз с прыщавого. Для чистоты эксперимента.

Еще раз проверяю пульс. Глухо. Мертв.

Лезу в телефон, листаю почту.

Да-да, я знаю, что ничего не пришло, никому я сейчас не нужен. И раньше никому. Но руки сами тянутся. «Обновить», у вас нет новых сообщений. Жму еще раз «обновить».

Розовая пена покрывается пузырями. Я слышу крик Кирилла. Крик доносится из-под воды.

Булькает.

– Ну что? – Над ванной показывается голова с пенной шапкой и красными, кровавыми подтеками под глазами. Он делает глубокие вдохи, откашливает мыльную воду.

Я не отвечаю.

Осматриваю его руки. Ни царапинки. Гладкая, ну как гладкая, прыщавая кожа.

Записываю:

«Десять часов пятьдесят семь минут.

Кирилл ожил.

Следов порезов нет».

Контрольный раз трогаю пацана за шею, проверяю пульс. Хм.

– Пульса нет, – констатирую. Собираюсь сделать запись.

– Здесь проверяй, – он протягивает запястье. – На руке легче почувствовать, доктор Пилюлькин.

Трогаю запястье. Да. Есть. Слабый, но пульс.

Записываю:

«Пульс есть».

Хватаю Кирилла за волосы. Окунаю его голову под воду.

Брызги разлетаются. Пена спрыгивает на пол. Кирилл бьется руками и ногами, перемешивает красную жидкость. А я держу. А он захлебывается. А я притопил и держу. Он бьется, брызги во все стороны, носки, сука, промокли.

Я держу его голову и чувствую, как капли проникают через ноздри в горло. Я топлю прыщавого, а ощущение, будто не я, а он меня убивает.

Прыщавый перестает сопротивляться.

Записываю:

«Попытка № 2. Ванна. Утопление.

Одиннадцать часов.

Кирилл мертв».

Проверяю шею, проверяю запястье – пульса нет.

Абсолютно точно труп.

* * *Костер догорает, Кирилл еще не вернулся. Соня предлагает выпить и передает мне бутылку.

Вино. На этикетке когда-то был рисунок, была надпись. Когда-то. Сейчас наклейку украшает плотная черная точка в самом центре.

Делаю глоток.

Прошел шестой день обучения. Двигать точку – как семечки щелкать. Управлять друг другом научились, сохранять «правильное» состояние стало гораздо проще. Научились не только повторять. Оказывается, можно чувствовать то же, что другой человек. Кирилл этим владеет в совершенстве. Именно из-за этого навыка мне казалось, что он может читать мысли.

Теперь и я, и Соня можем чувствовать без труда. Например, если Соня волнуется, я чувствую ее беспокойство как собственное. Если я устал, Соня может почувствовать мою усталость.

Мне всегда было интересно, чем женский оргазм отличается от мужского. Эти хваленые волны блаженства, невероятно сильные, в разы насыщеннее и интенсивнее, чем у мужчин.