Обретая любовь

И наверняка увидел, что ее лицо выражает первобытное вожделение, хотя к этому моменту она уже перешла на его ступни.

Завершив омовение, Грейс обтерла Колина пушистым полотенцем, вновь с нежностью прикасаясь к каждой части его тела, что являлось для нее наисладчайшей пыткой. С учащенным дыханием она добралась до его плеч.

За все время они оба не проронили ни слова и не встречались взглядами. И она не знала, помнит ли он о том, что просил ее смыть с него кровь.

Наконец Грейс обтерла могучую шею Колина и уже не знала, что делать дальше. Ей уже едва удавалось контролировать желание, при каждом прикосновении к его телу внутри ее прокатывалась жаркая волна. Но что делать дальше, Грейс тем не менее не догадывалась.

– Быть может, прикажешь мне что-нибудь еще? – поинтересовался Колин. Интонация его голоса была призывной. – Я в твоем полном распоряжении.

Грейс помотала головой, пребывая в полной растерянности. Заниматься любовью днем, когда в окна льются солнечные лучи… это было совсем иначе. Это казалось каким-то совсем уж неприличным.

Колин издал какой-то невнятный звук, после чего резко приподнялся и притянул Грейс к себе. Через мгновение она оказалась под ним, и все ее беспокойство и смущение тут же улетучились.

Под весом его тела ее ноги раздвинулись, подол шелковой ночнушки скользнул по бедрам.

– Я хочу тебя, – прорычал Колин.

Сердце Грейс подскочило при виде чисто дикарского выражения на его лице. Такого Колина могла созерцать только она, таким он существовал лишь для нее.

– Я вся твоя, – выдохнула она и потянулась, чтобы прикусить ему ухо.

Сдвинув лиф ночнушки, Колин прильнул губами к обнажившейся груди, отчего из горла Грейс вырвался крик. А когда к делу присоединилась и рука, Грейс подогнула колени и стала буквально умолять Колина больше не медлить. Но вместо этого он, сдвинувшись назад, склонил голову к ее промежности.

Грейс смотрела вверх и не видела потолка над своей головой, пока Колин ласкал ее языком, заставляя извиваться и вскрикивать снова и снова.

Наконец до нее донесся его голос:

– Будет справедливым, если я тоже отдам тебе приказ. Я хочу, чтобы ты сейчас вознеслась к вершинам наслаждения.

Потом Колин поставил ее на четвереньки под своим большим телом и скользящими прикосновениями заставил чуть ли не захныкать, после чего в конце концов вошел в нее.

Это соитие было яростным, неистовым, почти первобытным. По завершении они оба, взмокшие, учащенно дышали и пребывали в самом неподобающем состоянии.

Приняв ванну, они позавтракали в своем номере. К тому моменту как раз подъехала посланная герцогиней карета, в которой находилась столь необходимая Грейс одежда. Появилась и горничная, чья сломанная рука была подвешена на перевязи.